— Какая… вторая любовь? — встревожилась старшая сестра.

— Ното! Сказочный городок! — захлебывалась восторгом Иришка.

— Мы собрались с Андреем туда сегодня, — Верочка рассматривала сестру. — Экак ты переменилась здесь сестренка! Куда подевалась твоя сдержанность?

— У меня были праздники и приключения! И совы! — улыбнулась Иришка и тоже внимательно посмотрела на сестру. — Ты тоже не такая Снежная…

— А какая?

— Нежная, — рассмеялась Иришка, бросив лукавый взгляд в сторону Андрея. — А какая Мальта? И что там?

— О, нет! Все рассказы оставим «на потом». В усадьбе наговоримся вдоволь! — замахала руками Верочка. — И тебе пора собираться.

— Да, конечно.

— Давай пока ты будешь звонить на телефон Андрея Петровича. Сегодня два звонка: когда доберешься до Катании, точнее до аэропорта, и когда сядешь в самолет. А завтра утром из Флоренции.

— А можно я напишу тебе письмо на планшет. Я хочу вновь попробовать писать. Письмо — эссе о моих впечатлениях.

— Хорошо. О Флоренции и Венеции я прочту с удовольствием.

— Вам, Ирина, будет что написать. Ваши праздники и приключения будут и там, хорошие… — многозначительно добавил Андрей Петрович.

— Да? — Иришка посмотрела на него удивленно.

— Да, у меня внутри «Ухо Дионисия». Оно нашептало. Так назвал этот грот, где вы были, Караваджо. И за внешний вид, и за звучание в нем. Дионисий подслушивал разговоры людей, заключённых в этой пещере, — ответил мужчина.

И добавил:

— Я тоже отмечаю, что вы, Иришка, изменились… — Андрей подобрал слова, — В усадьбе вы показались мне немножко… «синим чулком»…

— А сейчас?

— Сейчас… голубыми «волнительными» колготками, — рассмеялся мужчина.

— Вы это о чем? — спросила Верочка.

— Секрет, — ответил мужчина.

— Все. Пора, — сказала Вера Яновна.

Сестры обнялись и расцеловались на прощание. Андрей Петрович тоже приобнял Иришку и трижды поцеловал в щеки.

— Счастливой поездки и удачи! — сказал он.

— И вам удачи! — ответила девушка.

Она ушла, а Верочка и Андрей сели в машину и отправились в Ното.

В 17:30 они были у цели. Проехав 200 метров вдоль кипарисовой аллеи, им удалось в тени припарковать машину. Аллея заканчивалась небольшой площадью.

— Ты всю дорогу сюда читал путеводитель. Рассказывай, только кратко, если… сможешь.

— Один из древнейших городов Великой Греции. После сильного землетрясения в 1693 г. был восстановлен. Отстройка в стиле барокко и Ното — лучший из образцов сицилийского барокко.

— Подожди, пожалуйста. Ты так часто упоминаешь барокко, что…

— Я и готику люблю. Только на Сицилии ее мало.

— Я хочу пить, давай купим воды и присядем, — предложила женщина.

— Зачем нам сидеть? Попьем по дороге.

— Нет, я должна уже поговорить… обсудить вопрос твоей зарплаты. Я все откладывала…

— Чушь! Не хочу об этом говорить.

— Так я и знала. Ты что, такой богач? Платишь все время в кафе, ресторанах…

— Ваша контора оплатила мне проезд и проживание, а я просто путешествую, развлекаюсь.

— Как прошлой ночью в катакомбах? Ничего себе развлечение!

— Ну, допустим, часть ночи была прекрасной! — улыбнулся мужчина.

— Подожди. Я не люблю путать дела и личную жизнь.

— Так у нас переплетены. Кроме всего прочего я недавно продал машину, как-то стала не нужна. Живу в 15 минутах ходьбы от университета.

— И не жалеешь? Водители со стажем — автомобильные наркоманы.

— Если честно — жалею.

— Ну, вот и купишь в Питере новую машину!

У Андрея Петровича приподнялись брови.

— Я что, за 10 дней заработал денег на машину?

— Разумеется. Думаю, по 20 тысяч евро мы получим гонораром. И это помимо собственно денег по гранту. Но по гранту премия только в конце декабря. И большая сумма. А если найдем Укладку, то… Но об этом нельзя загадывать.

Мужчина задумчиво смотрел в сторону Королевских ворот Порта-Реале. Вера Яновна продолжила:

— По возвращению в Питер я доложу о результатах командировки. Но главный доклад не в институте. Там я и слова не скажу о Пергаменте. Мне нужно будет встретиться с А.В. Деевым. Наедине. Это очень умный, благородный и интеллигентный человек.

— Извини, что перебиваю. Но мне кажется, что и Иришке нужно…

— Выслушай до конца. Естественно, что я не обижу сестренку. Ей, как и нам, 20. Сейчас в усадьбе музей, но теперешний мэр собирается его закрыть, усадьбу забрать. Выкупить я ее не могу. Но я уже просила того же Деева через Министерство культуры помочь организовать в усадьбе пансионат для творческой интеллигенции Петербурга. Он обещал посодействовать. Будет у Иришки работа и зарплата. Свой гонорар и премию я отдам на обустройство пансионата. Флигель уже сейчас строю. Если дело «выгорит», и тебе там, в усадьбе, найдем работу.