– Мы заплатим, - четко проговорила я, скрывая в голосе страх.
– Отпустите.

– Мы знаем, что вы заплатите. Прям вот сейчас и поедем откупаться, милая, - я задохнулась от боли, когда меня сжали еще сильнее.
– Умненькая, не орешь. Люблю таких. Но пикнешь - подружке конец, - тихо прозвучавшая угроза отозвалась холодом по всему позвоночнику. Я снова начала оглядываться, но, как назло, мы были в глухом квартале.
– Смотри, - раздалось шипяще мне в шею. Во мне поднялась волна неприязни и отвращения. Глянула в сторону Женьки и держащего ее быдла. Лысый кивнул тому, отчего тот растянулся в широкой улыбке. В следующее мгновение я в страхе застыла, ощущая, как волосы на затылке начали шевелиться. Убрав свою кисть со рта Силантьевой, этот верзила быстрым движением потянулся к карману, и, уже через секунду, у ее бока сверкал небольших размеров складной нож-бабочка.

– Нет!
– воскликнула я, но голос мой был рваным и тихим, так как тяжелая рука неимоверно давила на грудную клетку, отчего даже дышать становилось тяжело, не то, что кричать.

– Ты поняла, что к машине нужно идти тихо?
– горячее дыхание противно жгло щеку.

– Д-да, - кивнула, все еще не отводя взгляд от подруги.

"Мне страшно", - вот что говорил ее взгляд.

Мне тоже.

Я отвечала ей молча. Глазами. Черт, мне никогда не было так страшно. Пульс тяжело бил в голове, ускоряя ритм. Я закусила губу до крови, ступая вместе с лысым качком. Со стороны смотрелось так, как будто он обнимает меня, но будь все проклято, если это были просто крепкие объятия.

Господи, пожалуйста, помоги нам.

И Господь, очевидно, сжалился над нами, так как сзади я услышала лязг тормозов, а после звук хлопающейся дверцы.

– Куда это вы мою лягушку тащите?
– голос Бога оказался такой приятный и слегка хрипловатый.

Где-то я его уже слышала.

– Господа, мы бы хотели поинтересоваться, куда вы несете наших девушек?
– а вот этого парня с недавних пор я смогу узнать уже везде. Не думала, что буду радоваться появлению этого типа, но сердце подскочило в радостном ритме, стоило мне услышать Данила. Это же Данил! Мой Данил!

"Мой?"

Моя ненормальная заноза в заднице.

– Мы старые знакомые, - начал говорить лысый, обернувшись так, что я могла теперь видеть парней.
– Вот, увиделись, решили вспомнить старое и пообщаться.

Засунув руки в кармане, Данил с веселой улыбкой смотрел на нас, но, даже не смотря на его смеющуюся гримасу, я заметила, что взгляд его карих глаз был серьезен. Позади него стоял парень, так же сосредоточенно смотря, но не на меня, а на Женьку. Лицо его было мне знакомо, и, порывшись в памяти, я вспомнила, что видела его на занятии физкультурой, когда отрабатывала лишние часы у Марины Алексеевны. И хоть тогда мое внимание было обращено на Данила, стройного и высокого блондина не приметить я тоже не смогла, особенно учитывая то, что они частенько стояли вместе о чем-то разговаривая. Блондин пару раз тогда лишь глянул на меня, широко улыбнувшись, но и этого было достаточно, чтобы я сделала вывод, что в его шкафу уже есть еще целый шлейф из разбитых девичьих сердечек.

– Не похоже на дружеские обнимашки старых друзей, - рычащее произнес блондин, все так же не сводя глаз с Евгении.

– Да ладно, Тем,- похлопал друга по плечу Данил, - друзья наших друзей - наши друзья. Давайте знакомиться, я, - он указал пальцем на себя.
– Данил, тот хмурый весельчак, - Даня показал на блондина.
– Артем. Вот эти, - внезапно, повернувшись к машине, сделал знак рукой.
– Никита и Станислав.

Дверцы машины открылись и оттуда выбрались еще двое ребят. Нехилых таких ребят.

– Друзья, - театрально развел руками парень.
– Как же зовут вас?

– Костян, - внезапно выдал типан, держащий Женьку. Если бы не серьезность ситуации, я бы посмеялась над выражением лица, которым лысый наградил своего дружка.

– Заткнись, идиот, - прошипел он.
– Мы сюда не дружить пришли. Пошли, - этот Олег, снова грубо дернув меня, зашагал в сторону универа.

– Да ладно вам, нормально же общались, - весело начал Даня.

– Мне кажется, на общение они не настроены, - слышала я за спиной тихий голос блондинчика. Артема.

– Почему все со мной не хотят дружить?
– обидчиво и слегка возмущенно произнес Данил.
– Эй, ребят!
– позвал он. Двое типов замерли, с подозрением покосившись на мальчика-брюнета, который всем своим видом источал просто нечеловеческое дружелюбие.

– Чего тебе?

– Давайте, вы хоть светленькую отдадите, а то мой друг, - он кивнул на стоящего позади Артема.
– Ревнивый парень. А страшненькую себе оставить можете.