– Ага, - кивнул Миронов.

– И нахрен она мне?
– прямо поинтересовалась я.

– Какая ты грубоязычная, - фыркнул парень.
– На губы, злыдня, на губы.

– Я в курсе для чего нужна помада, - перевела злой взгляд на Данила.

– Ну и хорошо.

– Зачем ты мне ее дал?

– Чтобы ты научилась быть девушкой и нормально краситься.

Прошло несколько секунд молчания.

– Ты сдурел?!

– Нет, а что, - пожал плечами брюнет.
– Ты посмотри на себя, страшненькая ведь...

– Я тебя прямо сейчас поколочу.

– ... а научишься использовать косметику нормальную, так и отбоя не будет.

– На данный момент, единственное, что мне хочется сделать этой помадой, так это нарисовать ею жирную точку у тебя на лбу и нанять киллера.

Уловив в моем голосе угрожающие нотки, мой-якобы-друг чуть отодвинулся от меня, выставив руки вперед, словно защищаясь.

– Так я же лучше хочу сделать, а то складывается такое ощущение, что ты каждое утро губами мазуту целуешь.

– Это помада!
– слишком громко выкрикнула я, привлекая тем самым образом внимание многих студентов, что сидели в столовой.

– Это не помада, это гадость!

– Да какого...
– запнулась я от возмущения. Не пытаясь совладать с гневом, взяла первое, что попалось под руку, а это был стакан с соком, и выплеснула содержимое парню в лицо. После завершения содеянного, внезапно весь мой запал гнева потух, и, теперь, я смотрела на мокрого и липкого Данила. Глаза его были закрыты, а угрюмый вид говорил о приближающейся опасности. Он не говорил ни слова и не выдал ни одной эмоции в последующие несколько секунд. Я услышала, как рядом охнула Маша. Да что там, охнула вся столовая, разом переключив внимание на нашу парочку.

– Ой, - вяло отозвалась я, глядя на желтые капли, которые стекали по подбородку Данила, капая ему на одежду, которая и так уже была пропитана апельсиновым соком.

– Хорошо, хоть томатный не заказала, - подумала я и по изменившемуся выражению лица парня, поняла, что ляпнула это вслух. Карие глаза ярко вспыхнули гневом, на смену которому тут же пришло что-то другое, но что именно, понять не смогла, так как тотчас же была поднята со стула.
– Стой-стой-стой!
– заверещала я, почувствовав животом его твердое плечо, так как была взвалена на него словно мешок с картошкой.
– Давай решим это мирно!

Но в ответ мне было молчание, нарушаемое лишь тихим фырканьем, которое было вызвано, видимо, пролитой на него жидкостью.

– Данил!
– громко позвала парня, который словно не слышал меня, а точнее, делал вид.
– Данил!
– еще громче повторила я, сопровождая свой окрик ударом кулака по спине, но я тщетно пыталась поверить, что это возымеет хоть какой-то эффект.
– Куда ты меня тащишь?! Отпусти немедленно!

– Отмывать всю твою грязь с лица, - наконец результат был достигнут и стенка отчуждения, сквозь которой я пробилась, была убрана.

– У меня нет никакой грязи! Отстань!
– завопила я, начиная догадываться, куда именно этот психопат несет меня. В следующее мгновение, словно подтверждая мои догадки, я увидела над своей головой, а точнее, как под ногами Данила земля сменилась водой, которую я почувствовала, как на меня обрушился поток воды, огорошив своим холодным напором.

– Получай!
– услышала я злобную усмешку, сквозь шума, который затопил мои уши и собственного визга. Ноги мои почувствовали твердую опору, а тело стало легким. Теперь я стояла, погруженная по колено в воду, которая теперь была везде, повсюду. Она лилась сверху мне на голову, проникая жестким ливнем под одежду, отчего та мгновенно намокла.

– Ты!
– Выдохнула я, часто дыша. Мне хотелось выкрикнуть еще много ругательств, но желание задушить этого кретина было огромнее и намного приемлемее сейчас. Стоя напротив, этот идиот улыбался во весь рот, так же намокая под обильными струями фонтана. Да, фонтана! Этот полоумный брюнет затащил меня в университетский фонтан!
– Я тебя убью!
– крикнула я, надвигаясь на парня и сжимая сильнее кулаки. Поскольку намерения мои были более чем агрессивные, и я явно была преисполнена совершить свою угрозу, Данил шагнул назад, стараясь быть дальше от меня.
– Сукин сын!
– все во мне клокотало от вездесущего гнева и казалось, что вся вода сейчас в этом гребанном фонтане начнет испаряться от высокого градуса, что бурлил у меня по венам, поджигаемый яростью.

– Ну, хоть помылись, - весело отозвалась моя жертва, косясь назад, в то время как я наступала на него, как удав на кролика. Однако кроликом себя Даня явно не чувствовал. У кроликов в глазах страх блестит, а не веселый азарт. Но этот огонек я потушу. Глубже вжав ногти в ладони, резко поддалась вперед.

Но что-то пошло не так...

Внезапно нога моя заскользила, и вспышка боли оглушила меня, вызвав яркие искорки в глазах, которые появились, словно ослепляя и затуманивая взор. Слабо вскрикнув, поддалась вперед, но идти у меня не получилось и я начала падать, отчаянно хватаясь за воздух. Поблизости не было ни одного предмета, о который я могла бы ухватиться. Лишь маленький серебристый предмет в руке. Еще мгновение, и меня с головой поглотила вода. Это был словно прыжок в другую вселенную, которая оглушила меня. Резко закончился воздух, а горло будто кто-то пережал. Снова еще одна вспышка, но это были другие огоньки. В груди застрял крик, крутым комком забившийся внутри. Паника накрыла меня, врываясь внутрь, разливаясь по всем внутренностям. Мне хотелось кричать, вопить, но я не могла. Очередная вспышка ослепила меня, вызывая новую волну боли.