– Теперь квиты.

– Чокнутая!

– Кретин.

– И вообще, что за гадость?
– он выставил руки вперед ладонями и на одной красовались части моего чертового макияжа.
– Ведьма, мне кажется, ты таешь, - он усмехнулся своей шутке.

Оставив его реплику без ответа, перевела взгляд с его ладоней на пол, и, посмотрев на небольшую лужу на полу, решила, что сегодня с меня хватит. Даже притрагиваться ни к чему не хочется. И пусть весь мир треснет, но на сегодня с меня хватит. Впечатлений хватило по горло.

– Слушай, у меня к тебе...

– Пол домоешь сам, - сказав это, развернулась к нему спиной и, схватив с вешалки свой рюкзак, быстрым шагом пошла к выходу.
– Пока!

– Что?! Стой, дура! Блин, нога болит. Кретинка полная! А ну, стоять!

– Катись к чертям, - кинула я ему на прощание, не слушая его крики, после чего побежала по коридору к лестнице, ведущей в холл и на выход.

Да, определенно, этот день заслуживает победы нам мировым рекордом самых неудачных дней.

Наконец-то, придя домой, с радостью скинула обувку в угол, после чего, пройдя в комнату, на ходу скидывая вещи, швырнула их на кровать, не заботясь о том, смогут они помяться или нет.

– М-м-м, - блаженно промычала, растянувшись на кровати, раскинувшись звездой. Да, Миша, и пусть сегодня ты не была умничкой, но отдых заслужила.

Закрывая глаза, обняла подушку. Последнее, что промелькнуло в моей голове, перед тем как уснуть, так это образ симпатичного парня, держащегося за ногу.

– По-моему, тебе лучше идти раздельно, - пробормотала я идущей рядом Васе, на что она ответила непонимающим взглядом. Следующий день в университет не отличался ничем от предыдущего. Ощущала себя рождественской елкой в августе, на которую все пялятся как на восьмое чудо света неудачного открытия.

– Просто идиоткой теперь считают еще и тебя, - по надсмехающимися взглядам, что кидали на нас все проходящие мимо студенты, было понятно, что они думают.
– Ты ведь общаешься со мной.

Укор в голубых глазах был мне ответом. Широко улыбнувшись, Василиса взяла меня за руку, отчего я хихикнула. За что и любила ее, так за то, что она была настоящей подругой.

– Девчонки, это нечто!
– раздался веселый звонки голос Женьки, которая, вклинилась между нами, обнимая нас за плечи.

– Ты о чем?

– Смотрите, что я нашла, - протиснувшись между нами, она выбежала вперед, после чего, повернувшись к нам, принялась рыться в своей огромной сумке.
– Вот!
– Женя вытащила небольшой глянцевый кусок бумаги.

– И?

– Блин, тупица, - усмехнулась Силантьева, сообразив, что лицевая сторона плаката обращена к ней.
– Смотрите!
– воскликнула она, перевернув его к нам.

– И?
– снова спросила я, глядя на картинку, где, по всей видимости, был изображен средневековый бал. На фоне старинного зала и танцующих вдалеке людей, была изображена пара, одетая так же по моде, что была в восемнадцатом веке. Девушка обнимала парня за плечи, смотря куда-то вниз. Лицо ее, так же, как у ее партнера, скрывала маска.

– И?
– переспросила шатенка.
– Ты что?! Это же событие раз на сто лет! А здесь ведущим действием будет флешмоб! Ты только посмотри! Желающих все больше, - от нахлынувших эмоций девушка слегка запиналась. А понять ее я могла. Сама обожала танцы, правда, не группового варианта, такие как этот самый флешмоб.

– Занятно, - пробормотала я.

– Миша, это не просто занятно!
– воскликнула Женька, возмутившаяся моим скептическим тоном.
– Наш университет наконец-то занялся чем-то нормальным и это будет нехилое развлекалово.

– По случаю чего же такое торжество?
– теперь я разглядывала парня в маске. Картинка явно была содрана с интернета, но сама реклама уже заманивала своими обещаниями отличного времяпрепровождения.

– В честь благотворительности. К тому же сюда приедут с другого города какие-то важные дяденьки, для которых, собственно говоря, и будет это представление.

– Мое мнение, что конкурс "Мисс универ" обошелся бы им дешевле.

– Ну, сомневаюсь, да и "Мисс универ" проходит и так каждый год, а здесь вот!
– она снова потрясла плакатом.
– Пошли, а?