Чертово блаженство.

— Ты собираешься раздеваться? — затаив дыхание, спрашиваю я, глядя на него вверх.

— Когда я засуну в тебя свой член и трахну на этом столе, да, — говорит он хриплым голосом. — А сейчас я хочу попробовать тебя.

Он толкает третий палец внутрь и медленно вытаскивает их, проводя по своим губам.

Я тяжело сглатываю, шокированная его бесстыдством.

— Опять же, — медленно говорит он, когда его глаза впиваются в меня. — Лучше, чем я думал.

Затем он встает на колени, и его голова оказывается между моих ног, а я наполовину лежу на столе. Он широко разводит мои ноги, прежде чем впиться руками мне в бедра, удерживая на месте.

Я не готова к этому, к нему, опустившемуся передо мной. Я ежедневно фантазировала об этом, но никогда и представить не могла, что это случится со мной совершенно обнаженной на его столе в его кабинете, когда он полностью одет и его голова между моих ног.

Я стараюсь сидеть и смотреть, полностью очарованная и возбужденная этим зрелищем, но когда его язык лениво скользит по моему клитору, и меня пронзает, словно от удара током, я вынуждена лечь обратно. Чувство слишком велико, я чувствую себя губкой, пытающейся впитать звезды, молнии и все красивое, и это слишком ошеломляюще для этого мира.

И Бригс неумолим.

Имею в виду, господи боже, этот мужчина умеет работать ртом. Он поедает меня с грубой настойчивостью, губами, языком, а иногда и эти длинные пальцы работают надо мной в диком безумии.

Я не могу думать.

Не могу дышать.

Я чувствую, лишь как кипит моя кровь, нервы завязываются в узлы, все натягиваясь и натягиваясь, пока он не начинает стонать в меня, и тогда я впиваюсь ногтями ему в голову, и его язык толкает меня через край.

Я такая нуждающаяся, настолько отчаянная, что, когда он прижимает свой чертов нос к моему клитору, все узлы сразу же развязываются.

Мое тело, словно хлопушка с конфетти.

Я взрываюсь в пространстве, стону, извиваясь на его столе, когда оргазм вырывается из меня, чувствуя, как яркие частички меня плывут по небу.

Но облегчение недолговечно.

Пока я восстанавливаю дыхание, ноги все еще вялые, я смотрю вверх, он стоит между моих ног и снимает рубашку.

Расстегивает ремень.

Снимает брюки.

И остается лишь в серых боксерах.

Проклятье.

Черт.

С таким же успехом он мог бы быть голым.

Я могу видеть каждую жесткую, твердую деталь его возбужденного члена.

Он сказал, я лучше, чем он представлял?

Он в миллион раз больше, чем я представляла.

И я представляла, что его член примерно обычных размеров.

Я с трудом сглатываю, пораженная тем, как быстро, в считанные секунды, я перешла от усталого и насыщенного состояния, к голодному и, ну, немного испуганному.

Уже слишком поздно менять его прозвище на - Профессор Жеребец?

Каким-то образом мне удается отвести взгляд от его боксеров и посмотреть на его тело. Он подтянутый и мускулистый, от широких плеч и груди до четко очерченного пресса и резкой V его бедер. Волоски на груди редеют, а затем снова превращаются в полоску, ведущую от пупка к паху.

Он такой мужественный, и его поза подсказывает, что он чувствует себя комфортно с собственным телом. Однажды, когда я была пьяна, то дразнила его, гадая, как он выглядит внизу. И я нисколько не разочарована. Я хочу пробежаться губами, пальцами и грудью вдоль каждого дюйма его худого, заработанного тяжелым трудом, тела. Хочу почувствовать, как он, мокрый от пота, прижимается к моему.

— Ты так и будешь просто стоять там? — говорю ему, чувствуя себя слегка уязвимой, я ведь все ещё обнажена, лежу, раздвинув ноги и ожидая.

Он посылает мне уверенную улыбку и снимает боксеры, позволяя члену, твёрдому и толстому, встать перед ним.

Черт. Теперь он вынуждает меня испытывать эту неотложную, изнурительную нужду. Мне необходимо все - жёстко, быстро и прямо сейчас.

Он встает между моих ног, темный, влажный кончик члена потирает мой чувствительный клитор, когда он наклоняется в сторону и открывает ящик. Быстро копается и вытаскивает презерватив.

Я вопросительно смотрю на него.

— У тебя в кабинете есть презервативы?

— Теперь есть, — говорит он, разрывая пакет с фольгой. — Они постоянно раздают их. Дешевле, чем покупать свои.

Я качаю головой.

— Профессор МакГрегор, я в шоке.

— Тогда вас легко шокировать, мисс Трюдо. Давайте, это исправим.

Мне нравится, очень нравится то, насколько нормальным это ощущается: поддразнивание, нахождение полностью обнаженными друг с другом, озорные ухмылки и намеки.