– За ней, должно быть, расположен замок,- прервал он ее мысли.

– Какой замок?

Что-то в его поведении насторожило ее, казалось, он не уверен, стоит ли доверять ей.

– Забудь мой вопрос,- поспешно сказала она.
– Нам нужно на другую сторону? Думаешь, там ко мне вернется память?

– Да.

Его взгляд нашел дорогу к ее душе, проникая в каждый уголок ее личности. Она чувствовала себя голой и зависимой, но при этом еще никогда не ощущала столь сильное притяжение к кому-либо. Он вздохнул, взял ее за руку и погладил кончиком пальца.

– Наверное, ты спрашиваешь себя, почему мы на этом острове, не так ли? Почему я хотел приехать сюда.
– В его глазах было беспокойство.
– Я не могу назвать тебе причину, Песня Небес. Хотел бы, но не могу. Многое зависит от того, доберемся ли мы до замка. Или, по крайней мере, выясним, существует ли он на самом деле. От этого может зависеть судьба четырех царств.

Его слова напугали ее. Канаель почувствовал это, и одарил ее своей кривой улыбкой. От тусклого света на острове его зеленые глаза казались светлее.

– Не бойся. С нами ничего не случится.

– Случится? Что ты имеешь в виду?

– Мы потомки Потерянного народа.

Ветер поблизости от них усилился, обдувал колючую изгородь, отчего ее ветви тряслись. Послышался странный вой, напоминавший звуки скальных пещер в Муне, а вдали раздавались раскаты грома. Песня Небес оглядела потемневшее небо. Пахло дождем, и ее страх все усиливался.

– Где мы, Канаель?

– На Мие.

– Это я знаю. Но что это за остров? Что такое лабиринт душ?

Снова он не ответил ей, и она отпустила его руку, чтобы скрестить свои руки на груди.

– Я не сделаю и шага дальше, пока не узнаю, что это за остров.

Мимолетная улыбка, причину которой она не знала, осветило его лицо, потом он снова стал серьёзным.

– Верные сторонники Удины, Поглотители снов, отдали жизни и создали из своих душ и магии лабиринт, в который не могут войти люди. Этот остров содержит в себе магию.

Как будто ветер услышал его слова, он подул сильнее и, шипя, пронёсся над ними. Снова терновая изгородь возле входа в лабиринт задрожала, ветки закачались на ветру. Тёмные волосы Канаеля хлестали его по лицу.

– Нам нужно поторопиться, Песня Небес, прежде чем на нас обрушится буря. Может быть, мы сможешь найти укрытие в замке Ткачихи снов.

– Мы справимся.

Снова эта мимолетная улыбка.

– Ты особенная,- сказал он, отчего она покраснела, хотела сказать еще что-то, но он уже отвернулся, засунув руку в карман темного плаща, который одолжил ему Дав. Плащ был ему немного мал в плечах. Она молча последовала за ним к входу в лабиринт.

Сквозь густую колючую изгородь, отбрасывавшую длинные тени, вход казался еще более угрожающим, чем они думали. Песне Небес приходилось заставлять себя двигаться дальше. Ветви так плотно срослись, что невозможно было что - либо разглядеть сквозь них. Острые колючки торчали наружу, обличительно указывая в их сторону. Когда она сделала шаг через порог лабиринта и её поглотила тень, у нее возникло ощущение, что она совершила большую ошибку.

– Ты уверен, что с нами ничего не случится?
– спросила она, догоняя Канаеля.

– Надеюсь на это.

Дорога перед ними разделялась направо и налево. Оба пути вели в неизвестность, узкая травяная тропа, с несколькими голыми местами. Несмотря на слабый свет, она различила отдельные, сросшиеся колючие кустарники. Они были почти бесцветными и размером с руку. Ее инстинктивно потянуло направо, но она не могла объяснить почему.

– Что говорит тебе интуиция?
– спросил Канаель. Она неловко указала в сторону, которая показалась ей наиболее надежной.

– Думаю, ты права. Мы должны прислушаться к твоему внутреннему чувству.

Песня Небес осторожно двинулась вперед, схватила Канаеля за руку и подошла к тени, которая, казалось, наблюдала за ними. У нее было ощущение, что холодные руки хватали ее за лодыжки, поэтому она заставила себя дышать глубоко. Каждый шаг давался с трудом, она чувствовала дыхание ветра в затылке. Шаги Канаеля были уже не такими решительными, как еще несколько минут назад.

Единичные ветви с острыми колючками свисали с непроглядной изгороди. Она уклонялась от них, как от колючих рук, когда они прошли весь путь и повернули направо. Перед ними простирался черный как ночь коридор, от которого у Песни Небес перехватило дыхание. Туманный свет, прорывавшийся сквозь темные тучи, не достаточно освещал их дорогу. Они могли видеть лишь на расстоянии вытянутой руки. Канаель вопросительно посмотрел на нее, когда им снова предстояло принять решение.

Одной рукой она указала налево, где снова виднелись единичные, темные колючие руки, а другой рукой убрала волосы с лица. Канаель кивнул, схватил ее за руку и потянул вглубь лабиринта. Взглянув на небо, она увидела, что оно уже окрасилось в черный цвет. Нагромождение черных грозовых туч, словно скачущее на север войско. В некоторых местах трава была намного выше, отдельные стебельки, покрытые росой или принесенной ветром морской водой, щекотали их голые лодыжки.

Неприятное чувство, из-за которого по спине пробежали мурашки. В конце концов, они пришли к тупику. Изгородь возвышалась перед ними на несколько метров в высоту, казалось, она ухмыляется им, и Песня Небес быстро отвернулась, потирая руками плечи.