Они не встретили никаких людей, но жители, когда в спешке убегали, оставили большую часть скота, чьи голодные вопли омрачали настроение войска. Перед ними возвышались серые горы.

Гарьен ехал на лошади, в окружение двух носителей осколков, за авангардом, который состоял из множества меченосцев. На нём был одет нагрудник, но он отказался от шлема, так же, как и большинство других носителей осколков. Они были очень уверенны в своей победе.

Крутые склоны вокруг были покрыты мхом и небольшими дикими кустами, птицы гнездились в горных расщелинах, длинные тени лежали на Каль Деданаре. Ашкин выругался про себя. Только двадцать мужчин могли пройти за раз через узкое ущелье, меньше, чем он предполагал. А’Дарин выкрикивал приказы, внедряя всё больше носителей осколков в простые отряды, по бледным лицам которых можно было прочитать их неуверенность.

Ко всему прочему ещё жара досаждала им, которая, казалось, изменяется, чем дальше они продвигались в ущелье. Ашкин остановился и посмотрел в небо, на котором не было видно ни облачка. Он чувствовал опасность, хотя осколок сна не был одет на шею и злился, что увидит, как его воины попадут в очевидную ловушку. Его воины. Уже дошло до того, что он видел себя частью этого подлого плана.

Стрела прожужжала в воздухе, Ашкин услышал гудящий звук, и воткнулась мужчине, который шёл рядом с Ашкином, прямо в лоб. Он упал навзничь, сильно ударившись о землю, в то время как солдаты вокруг испуганно отпрянули. Одним прыжком Ашкин оказался за скалой и увидел, как другие стрелы посыпались на солдат.

Крики боли зазвучали в его ушах. Испуганные возгласы. Он вытащил свой осколок сна, завязал его вокруг шеи и почувствовал, как магия окутывает его разум и чувства. Его собственные чувства померкли, зато он стал воспринимать всё вокруг себя намного чётче. Каждый звук. Крики раненых солдат. Он увидел, как брызгает кровь, и его взгляд метнулся к каменным уступам высоко над ним.

Шлемы нападающих блестели серебром в свете солнца. Над ним, там, где склоны переходили в отдельные зелёные участки, а маленькие, серые каменные утёсы закрывали обзор, Ашкин смог различить лучников. Их должно быть было около сотни, маленькие пункты, почти не видимые человеческому глазу. Но у него было такое чувство, будто он слышит их дыхание. Чувствует запах их адреналина.

Потом он вытащил свой меч, даже если не сможет с его помощью ничего сделать.

– Засада!

Крик распространился, как лесной пожар, был передан с первых рядов назад. У большинства из них не было щитов, и они были беззащитны перед атакой. Разразилась паника. Ашкин увидел несколько капитанов, гневно орущих указания через головы солдат. Носители осколков расположились по краям. Они прошли примерно половину дороги через ущелье, воздух был душным, было тесно. Без предупреждения материализовалась фигура Лорины прямо возле него, он заморгал, потому что яркий свет, который исходил от её тела, ослепил его.

– Возьми меня за руку, тогда я переброшу тебя вперёд.

Нехотя он взялся за вытянутую руку Лорины, ему не подходило то, что приходилось полагаться на неё. Кроме того, ему не нравилось самодовольное выражение её лица. Он сделал глубокий вдох и втянул в себя часть магии. Могущество, пламенное и непобедимое, потекло по его жилам, и Ашкин наслаждался непривычным чувством, хотя знал, что нужно быть осторожным.

Присутствие Лорины наполнило его, и он слепо последовал за ней в место, без пространства и времени, которое создали дети богов. Ещё когда он выдыхал, то почувствовал, что стал снова частью реального мира и огляделся. Крики боя достигли его слуха, возгласы звучали близко, а в воздухе чувствовался запах пота и крови, он прямо-таки въелся ему в нос. Лорина перенесла их в переднюю часть войска, где Ашкин, рядом с сыскийцами, одетых в золото, различил также сувийских бойцов.

Место в ущелье было немного шире, чем то, где захватили врасплох его, напав с воздуха. Мечи ударялись друг о друга, некоторые носители осколков метали в воздухе небольшие валуны, словно стрелы, они на полной скорости продырявливали нагрудники сувийских бойцов. Лица многих из них были разрисованы чёрными знаками богов, которые придавали им грубую свирепость. Их широкие, красные, льняные штаны, казалось, совсем им не мешают.

Учитывая жару, они двигались с завидной лёгкостью по открытому полю боя, набрасываясь на солдатов из Осеннего царства, которые, из-за тесноты ущелья, были не в состояние перегруппировать свои ряды.

– Нужно возвести магический барьер, - крикнул он громко, чтобы перекричать шумный хаос. Он почувствовал, что что-то летит в него, молниеносно использовал силу осколка и распространил её вокруг себя, как щит. Светло-зелёные нити, натянутые вокруг его головы, словно сеть и невидимые для человеческого глаза.

Он услышал глухой звук стрелы, которая с жужжанием отскочила от невидимой стены и упала на землю. Потом он отвёл взгляд и посмотрел на Лорину, которая не выпускала его из виду не одно мгновение.

– Они расположили в горах лучников. Они будут избегать прямого столкновения, потому что знают, что уступают нам численностью. Нужно устранить лучников. Это наш единственный шанс - вытеснить сувийские войска из ущелья и заставить их сразиться с нами на открытом поле! Сюда вернулись все носители осколков?

– Ещё нет. Керия и я позаботились в Лакосе о беспорядке, другие хотели ещё воспользоваться ситуацией и посеять в столице страх и ужас, прежде чем мы захватим её.

– Хорошо, - ответил Ашкин.
– Носителям осколков нужно образовать круг вокруг пеших солдат.