– Мстить за что?

Вздыхая, Исаака снова опустилась на свою кровать, и неожиданно посмотрела ей в глаза, светло-голубой цвет в ирисе отступил к краям, уступая место интенсивно-зелёному.

– Ты не особо много знаешь о нас, не так ли?

– Нет. Полагаю, не больше, чем люди. Мой отец запретил говорить мне о таких вещах. Кое-что я узнала из его записей. Я знала, что мы молимся по-другому. Ведём себя по-другому. Мы - другие.
– Но и не особо отличаемся от них, повторила она про себя, задаваясь вопросом, чувствовала ли она себя когда-нибудь, как человек. Разве не все они происходят от богов?

– Что ты слышала о Ткачихе снов?
– спросила Исаака.

Навия подумала. Раньше отец постоянно бдел возле неё и рассказывал сказки до тех пор, пока она не засыпала. О Великой войне между людьми и Потерянным народом, принцессе и её магическом сне.

– Удина единственная в своём роде. Существует только одна Ткачиха снов. Её пытались убить во время Великой войны в эпоху Тьмы, так же, как большинство других из Потерянного народа.

– Ты знала, что это люди дали нам такое имя?

– Какое имя?

– Потерянный народ. Они видят в нас не потомков богов, а демонов. Хотя мы намного ближе к богам, чем они когда-либо смогут быть.
– Исаака поморщилась от отвращения.
– Они сопротивляются всему, что от них отличается, потому что чувствуют угрозу. Как будто мы так сильно от них отличаемся, - добавила она, подхватывая мысли Навии.

– Но с другой стороны мы напали на них.

Смутно Навия вспомнила истории, которые рассказывали в деревне о минувших днях. Презрительно фыркая, Исаака продолжила.

– Они только защищались, у них не было выбора. А потом вмешалась Кев, богиня весны.

– Почему? Что общего она имеет со всем этим делом?

Нахмурившись, Исаака склонила голову набок.

– Отец тебе не рассказывал?

– Нет.

– Миф о создании нашего мира основан на истории любви между Кев и одним из первых людей, Ксером. У богини весны и Ксера родился ребенок. Эту крылатую девочку сослали на остров Мий, чтобы она не потревожила мир Четырех Времен года.

– Как она могла его потревожить?
– спросила Навия.

– Она была настоящим ребенком богини. Видимой для всех, из плоти и крови. Ее черные, как ночь, крылья, были доказательством божественности. С одной стороны Кев боялась, что ее дочь пострадает от рук людей, а с другой стороны она испытывала страх, что девочка сама может что-то сотворить с людьми.

– Но она же была всего лишь ребенком?
– сказала Навия с нескрываемым ужасом в голосе.

– Ребенком, наделенным властью богов,- добавила Исаака. Затем разочарованно покачала головой.
– Она объединяла в себе все способности, которые проявляются у Потерянного народа теперь лишь в единичных случаях. Она могла странствовать, направлять божественную магию на предметы, и, разговаривая, влиять на мысли и поступки людей.

– Как заклинательница душ своим пением.

– Точно. Когда летний бог Сув узнал об измене своей жены Кев с человеком, он отомстил ей, в свою очередь, зачав детей с женщинами-людьми. Это привело к расколу и дрязгам среди богов. Тогда боги заключили друг с другом пакт: они прекратят бесконечные ссоры, и больше не будут вмешиваться в события, происходящие в мире.

– Но ведь тогда не было бы войны?

Навия смотрела на Исааку, распахнув глаза.

– Нет, но Боги не подумали о том, что их потомки влюбятся... и в свою очередь родят детей. Эти дети были сильнее нормальных людей, жили почти в три раза дольше, потому что могли пить из жизненного источника богов в небесном царстве. Четыре народа все больше чувствовали угрозу, исходившую от крылатых полубогов. Потому что они были другими, обладали магией, а также использовали ее.

– Что ты хочешь этим сказать?

Исаака уставилась на неё, печально скривив рот.

– Дети Потерянного народа разъезжали вместе по четырём странам и грабили людей. Воздействовали на них своим пением. Заставляли отдать им все свои сбережения. И хотели всё больше, начали желать власти и вскоре стали угрожать миру Четырёх стран.
– Исаака глубоко выдохнула.
– Потомки богов взялись порабощать людей и выбирать себе женщин по своему желанию. Они насиловали красивых девушек в деревнях, и не остановились даже перед тогда правящей семьёй А’дран в Сыски. Сегодня мы почти не можем себе этого представить, но было время, когда охотились не за Потерянным народом, они сами были охотниками.

– Это просто ужасно!
– воскликнула шокировано Навия, закрывая рот ладонью.

Исаака мрачно кивнула. В её глазах отражался огонь камина.

– Вскоре в мире Четырёх Времён Года царили одни лишь страх и ужас перед крылатыми потомками богов. Стало ещё хуже, когда воины из каждой страны объединились, чтобы сражаться с полубогами. Четыре страны погрузились в хаос, который, в конце концов, вылился в эпоху Тьмы. Кев хотела защитить своих потомков, и, чтобы на вечно привязать людей к своим детям, она нарушила договор, который заключили боги: она ввела одну из своих внучек Удину в своего рода спящий транс, и сплела её сны со снами людей.