Пегас окинул меня удивлённым взглядом.

— Слушаю, мисс. Чем могу помочь?

Я выбежала, оставив его без ответа. Пони в атриуме общались и обедали вместо того, чтобы бороться с кибернетическим чудовищем. Пробегая мимо, я перехватила множество взглядов, но большинство из этих пони не были мне знакомы. Они были не урождёнными жителями стойла, а переселенцами. Лишь один заметил меня и принялся истерично вопить. Миновав офис охраны и кабинет Смотрительницы, я направилась прямо к двери.

К открытой двери.

Мчась всё быстрее и быстрее, я пронеслась мимо кобыл и жеребцов, прогуливавшихся из стойла и обратно, и вырвалась на воздух. Яркий солнечный свет играл на разнотравье, устилавшем склон холма. Всё, что я могла делать — это бежать. Глори должна быть там! И Рампейдж! И Лакуна! Но в голове моей скопилось столько мыслей, что, рыдая и задыхаясь, я неслась всё быстрее и быстрее, пытаясь поймать жизнь, что я оставила позади.

И, достигнув скалистой вершины холма, я посмотрела на раскинувшийся подо мной Хуфф.

В центре долины, словно зрачок распахнутого глаза, раскинулось чистое голубое озеро. На южном его конце из лазурных глубин поднимался гранитный утёс. Вся долина вокруг утопала в зелени, словно стремясь наверстать упущенное время. За озером я могла разглядеть процветающее поселение вокруг Университета. А там! Возле Мегамарта раскинулось что-то вроде циркового шатра. А дальше виднелась чаша Арены. Остатки крыши с неё теперь были сняты. Далеко на востоке гора Чёрного Пони превратилась в гудящий деловой центр. Тут и там возвышались облачные башни, словно многоквартирные дома… но на озере было пусто. Ни одной лодки не рассекало его поверхности. Оно оставалось холодным, отстранённым и немного зловещим.

Мне не стоило останавливаться, поскольку в ту же секунду всё пережитое снова захлестнуло меня. Всё, что произошло с последних мгновений после гибели Пожирателя, ударило в меня единым колоссальным потоком. Здесь оставалось два варианта. Первый — это благополучно сойти с ума.

Я выбрала второй.

Я заорала. Завопила. Я кричала и ревела, зарываясь лицом в землю брыкаясь, словно жеребёнок.

С плачем я исторгала всё, что накопилось в душе, а исторгнуть мне нужно было очень много.

Меня окружили тёмно-фиолетовые крылья, и я оказалась втянута в объятия аликорна. Всё, что я могла — это отчаянно вцепиться в Псалм, заливаясь слезами месяцев агонии и потерь. В конце концов, я нашла в себе достаточно силы, чтобы прошептать:

— У меня были друзья…

* * *

Впрочем, это было давным-давно.

Схватившее меня магическое поле подняло меня в воздух и с лёгкостью перенесло прямо к вершине ржавой сферы. Ветер сдул с моей головы капюшон, позволив чёрно-красной гриве играть на его волнах, пока я, наконец, не оказалась рядом с маленькой единорожкой, которую некоторые пони всё ещё называли Дарительницей Света.

— Ты могла просто телепортироваться внутрь! Так что тебе не обязательно было измываться над песней Свити Бель, — сказала ЛитлПип, пристально глядя на меня, после чего почесала нос.

— Я опять заболею, это точно.

— Ну да, скорее всего, — ответила я с ухмылкой и, покопавшись в своих переметных сумках, достала бутылку апельсинового сока. — Именно поэтому я принесла тебе это, — заключила я, передавая ей сок. — Не забывай, я дала Вельвет обещание, что восстановлю твою иммунную систему. А это значит принимать витамины и цинк, а также периодически контактировать с микробными пони вроде меня.

— Да, но это не тебе впоследствии приходится днями на пролёт чувствовать себя как задница, — пожаловалась ЛитлПип, но всё же на меня облокотилась. Как и с Флаттершай, рядом с ней ты теряешь чувство времени. Никто не будет считать её юной, когда перерастёт, однако старой она тоже не выглядела.

— Вот почему я нашла иные способы для улучшения твоего самочувствия, — прошептала я ей на ушко, слегка его укусив, и получая в награду её писк. — Спустя даже двести лет.

— Блекджек! — воскликнула она, залившись краской.

— Эй, я тоже получила письмо от Хомэйдж, — подметила я, ухмыляясь и глядя ей в глаза. — Позаботься о ЛитлПип и смотри, чтобы она была счастлива как в эмоциональном, так и в умственном, а также сексуальном плане. — От веселья у меня аж складки проступили под глазами, особенно когда она заёрзала в привычной для себя манере. — И мне до сих пор не удалось побить её рекорд.

— Не сейчас, — краснея, прошептала она, но при этом явно без настроя… пока что. Это всегда быль лишь секс. Я не могла и не желала занимать место Хомэйдж в её сердце. Я была заменой, так же как и она. Мы просто обе знали, что это иногда помогает расслабиться. — Скажи, Блекджек, чего ты хочешь? Кроме как заражать меня и заниматься сексом? — Под этими шипами всегда скрывалась тёплая близость.