– Надеюсь, я искупила свою вину? – шепотом спросила Настя.

Он помотал головой, прикрыв глаза.

– Не совсем. – Олег попытался задержать ее руку в своей, но она уже выскользнула и, легко коснувшись его волос, исчезла, оставив после себя аромат весенней свежести.

Логинов в некотором замешательстве дотронулся до своих губ, лба, волос, словно проверяя, не стал ли он жертвой наваждения. Неожиданно он встретился глазами с официанткой.

– Это на самом деле было? – спросил он, ничуть не беспокоясь о том, что подумает про него эта розовощекая девушка с тряпкой в руках.

– Было, – она и не думала смеяться. – Вас поцеловали прямо в губы. А вы ее любите?

– Я женюсь на ней! – ответил он, улыбаясь…

Влад, нервно покашливая, зашел в кабинет врача.

– Здравствуйте, – сказал тот, не отрывая глаз от журнала, в котором он быстрым, размашистым почерком делал какие-то записи. – Страховой полис, талон, карта. Все на стол. Раздевайтесь за ширмой.

Заметив уголком глаза, что странный пациент не спешит выполнять команды, а стоит как вкопанный, врач поднял глаза, и сейчас же раздраженное выражение его лица сменилось радостной улыбкой.

– Влад?! Дворецкий?! Сколько лет, сколько зим. Какими судьбами?

Доктор даже встал с места, чтобы заключить нежданного посетителя в дружеские объятия.

– Да вот зашел за консультацией! – смущенно хмыкнул Влад, принимая приветствия своего бывшего одноклассника, не то чтобы друга, но все-таки давнего приятеля ВалькаТопалова.

Судя по всему, его товарищ не хватал звезд с неба, поскольку работал не в частном медицинском центре, а всего лишь в скромной заводской поликлинике участковым терапевтом. Но все равно он имел диплом врача и был способен ответить на некоторые интересующие Дворецкого вопросы.

После нескольких дежурных фраз об общих знакомых и погоде они перешли к главному.

– Давай, Владька, выкладывай! – потребовал одноклассник. – С каких таких кислых щей ты приперся в эту дыру?

– Между прочим, ваша «дыра» называется поликлиникой для рабочей молодежи, – напомнил Владислав.

– Ой, да ладно тебе! – ухмыльнулся товарищ, делая широкий жест рукой, как бы предоставляя возможность посетителю обозреть все прелести его рабочего места: облетевшую штукатурку на стенах, кушетку, накрытую рыжей клеенкой и простыней с надписью «Минздрав», эмалированную кастрюлю с дезинфицирующим раствором и зашарканный линолеум.

– Ты можешь позволить себе консультироваться у лучших докторов, – продолжал Валек. – Или, может, я что-то пропустил? Неужели твоя мать разорилась?

– Нет, с ней все в полном порядке, – ответил Дворецкий, раздражаясь, что разговор уходит в сторону. Он уже сомневался, будет ли от старого приятеля толк в том щекотливом деле, с которым он решился к нему обратиться.

– Мне нужно поговорить с тобой, – неуверенно начал он. – Но я хотел бы, чтобы наш разговор остался в этих стенах.

– А на что тогда врачебная тайна? – с энтузиазмом поддержал его товарищ.

– Я серьезно. Вот тут у меня перечень лекарств, которые выписали одному человеку. – Он вытащил из кармана засаленные листочки, где убористым почерком были выписаны названия средств. – Мне надо знать, что ты об этом думаешь?

Врач пробежался глазами по длинному списку и бросил на посетителя недоуменный взгляд.

– Тебя интересуют конкретные лекарства? Все, что нужно знать, обычно пишут в инструкции по применению.

– Нет. Меня интересует другое, – он замялся. – Не много ли всего выписано для одного человека? Не может ли это навредить здоровью или вызвать смерть?

Валек взглянул на него.

– Ты как-то странно подходишь к решению вопроса. Давай веди ко мне этого своего человека, я его обследую и скажу точно: много это или мало.

Влад почесал затылок:

– Вот незадача! Я никак не могу его сюда привести.

– Без проблем! – мигом отозвался доктор. – Тогда я навещу вас.

Дворецкий поморщился:

– Нет, это не то, что мне надо. Я хотел бы, чтобы ты дал консультацию заочно. Этому человеку нет нужды знать о моей заботе.

– Ты собираешься лечить его тайно? – вытаращил глаза Топалов. – Это, конечно, оригинально, но не разумно. Как можно ставить диагноз человеку только на основе лекарств, которые он принимает? Боюсь, я не понимаю своей задачи.

– Ох, да чего тут понимать, – огорчился Дворецкий. – Меня интересует лишь то, как эти лекарства взаимодействуют между собой. Что случается при передозировке? Может ли возникнуть отравление? Чем все это может закончиться? Чем опасно снотворное в больших дозах?