— Кто уйдёт последний, лишит своего факультета пятидесяти баллов!

Последних зевак как ветром сдуло, и на поле боя остались только пятеро семикурсников.

— Спасибо, Хагрид, — поблагодарила друга Гермиона. — Я бы так быстро не справилась.

— Да брось, чего уж там! А что случилось-то? Кулаками давно не махали? Может, мне и этих драчунов разнять? — он кивнул головой в сторону парней.

— Нет, не стоит, мы решим это мирным путём, — улыбнулась Гермиона.

Хагрид задумчиво почесал бороду, но тут его окликнула Макгонагалл, спешащая на место происшествия.

— Рубеус, что там у вас такое?

— Ого!.. — Хагрид зачем-то хлопнул себя по карманам, а потом нагнулся и шепнул Гермионе: — Разойдитесь пока, я что-нибудь придумаю.

Он пошёл навстречу Макгонагалл, а Гермиона попыталась оттащить подальше от Нотта всё ещё кипящего Дина. Падма тоже пыталась приблизиться к нему, но её сегодняшний конвоир установил за ней тотальный контроль: в одной руке у него была нацеленная на Дина волшебная палочка, а другой он удерживал вырывающуюся когтевранку. Ребят разделяло каких-то три шага, но они не могли даже коснуться друг друга.

— Томас, Нотт, настоятельно вам рекомендую: остыньте, — сказал Драко, — Если Макгонагалл нас увидит, всё это плохо кончится. Или выметайтесь из зала.

— А я рекомендую тебе самому свалить отсюда, Малфой, — осадил его Тео, — а то не дай Мерлин ввяжешься в драку и испортишь костюм. Я никуда не уйду. Чтобы эти голубки могли воспользоваться моментом? Чёрта с два!

— Мерлинова борода! — рассерженно шикнула Гермиона, оборачиваясь. Хагрид что-то объяснял директрисе, встав так, чтобы та не видела собравшуюся компанию. — Хотя бы сделайте вид, что не собираетесь поубивать друг друга!

Тео нахально улыбнулся.

— Тогда с тебя танец, Грейнджер, — он обращался к ней, однако при этом не сводил бдительного взгляда с Дина.

— Что?!

— За всё надо платить, — пояснил он.

Тут вмешалась Падма:

— Может, хватит нас всех шантажировать? Гермиона, не соглашайся.

— Помолчи, Патил, — пресёк её Тео.

— Не смей так с ней разговаривать! — рассвирепел Дин.

Гермиона краем глаза заметила, что Макгонагалл, похоже, услышала шум их перебранки и пытается выглянуть из-за мощной фигуры Хагрида. Ей не оставалось ничего, кроме как решиться на крайние меры, а именно применить заклинание из учебника Принца-Полукровки.

— Оглохни, — шепнула она, наведя палочку прямо на профессора трансфигурации.

— Повторяю последний раз: замрите оба, — сказал Малфой, пытаясь унять Нотта и Дина. — Хотя бы одно движение со стороны любого из вас — и я снимаю баллы с ваших факультетов. Думаю, староста школы не будет против, ведь это справедливо.

— Нет, постой, Мал... Драко, — сказала Гермиона, убедившись, что заклятие, применённое к Макгонагалл, подействовало. Она посмотрела на Нотта, который продолжал буравить взглядом Дина. — Слушай, Нотт...

— С тебя уже два танца, Грейнджер, ставки растут.

Внезапно он дёрнулся с места, надеясь на то, что Малфой отвлёкся и потерял концентрацию, но не тут-то было.

— Минус десять баллов Слизерину, — отчеканил Драко, — я ведь предупреждал тебя.

Но Тео и ухом не повёл.

— Ты меня слышала, Грейнджер. Два танца.

— Подожди, — Гермионе вдруг пришла в голову мысль, и она вдохнула поглубже, так как озвучить её было весьма непросто. — Как тебе такой вариант: я буду танцевать с тобой до конца бала, но тогда ты отпустишь Падму к Дину.

Тео сделал вид, что колеблется, соглашаться или нет, в то время как внутренне уже праздновал победу.

— Какие у меня гарантии?

— А тебе мало моего обещания?

— Мало.

Дин не выдержал.

— Гриффиндорцы, в отличие от некоторых, держат своё слово! — крикнул он, попытавшись нырнуть под рукой Малфоя.

— Дин, успокойся, пожалуйста, и минус десять баллов Гриффиндору, — сурово сказала Гермиона. — Ну так что, ты согласен? Или тебе нужен Непреложный обет?

При этих словах Малфоя передёрнуло.

Тео, увидев это, ехидно сощурился.

— Так и быть, обойдёмся без обета. У нас тут кое-кто слишком чувствительный. Эй, Патил, можешь быть свободна.

Он отпустил её, и Падма сразу же кинулась к Дину. Тот обнял её так крепко, будто боялся, что она исчезнет, и оба благодарно улыбнулись Гермионе.

— Спасибо! — прошептала Падма так, чтобы Нотт, снова начавший препираться с Малфоем, её не услышал. — Спасибо... но, признаюсь, он ужасен. Настоящий деспот. Прости, тебе пришлось пожертвовать собой.