— Не трави душу, Гермиона! — смеялась Джинни, вся так и подпрыгивая от нетерпения. Падма с Дином, улыбаясь, наблюдали за ней, но на самом деле за улыбкой Падмы скрывалась крайняя сосредоточенность; все роившиеся в её голове мысли вытесняла одна-единственная: на завтра было запланировано первое посещение Отдела тайн. — А вот наш Ронни, как обычно, не смог отлучиться из магазина, — сварливо добавила Джинни. — Мне кажется, он там уже поселился.

— Скорее всего, — Дин поднялся, чтобы достать вещи с верхней полки. По обеим сторонам от железной дороги мелькали вдалеке маленькие уютные коттеджи: начался пригород. — Уж мог бы выделить полчаса, чтобы встретить родную сестру и подругу, которую не видел три месяца.

— Дин, это... их личное дело, — тихо заметила Падма.

— Да всё в порядке, — отозвалась Гермиона. — Я давно привыкла к этим его особенностям.

— А я нет, — решительно заявила Джинни. — Ну ничего, как только доберусь до Рона, выскажу всё, что о нём думаю!

— Не думаю, что лучший ловец Британии тебя так легко отпустит, — улыбнулась Гермиона.

— Кстати, о ловцах, — Дин поставил чемоданы на пол и тронул её за плечо, показывая куда-то в сторону выхода. — Это, наверное, к тебе, Гермиона.

Она проследила за его взглядом и наткнулась на коренастую фигуру, стоявшую за стеклянной дверью и явно ожидающую её.

— Виктор! — поприветствовала Крама Гермиона, выходя из купе и задвигая за собой дверь. Она, как всегда, была рада его видеть и не чувствовала ни малейшей скованности, будто последний раз они разговаривали буквально вчера.

А фактически мы и словом не перемолвились с того самого вечера, как он узнал, что я встречаюсь с...

Так, всё, забудь об этом.

— Вот так сюрприз! — продолжала она. — А я уж думала, ты на меня обиделся.

— Ну что ты, — разуверил её Крам, учтиво, но довольно прохладно касаясь губами её руки, и жестом пригласил в купе напротив. — Уж на тебя-то я даже не думал обижаться. Можем поговорить?

— Конечно.

Они вошли в купе; Гермиона устроилась на диванчике ближе к окошку, освобождая место рядом, но Виктор предпочёл сесть напротив. Она посмотрела на него с лёгким любопытством, правда на задворках сознания всё-таки отметила, что это любопытство не шло ни в какое сравнение с тем ощущением, что охватывало её, когда рядом был Тео. С ним она словно ходила босыми ногами по стеклу... по мелко раздробленному стеклу. Когда приятно и чуточку больно одновременно.

Когда ты балансируешь на грани.

— Мы с Эйрин на каникулах едем в Хорватию, — сказал Крам, вновь отрывая Гермиону от раздумий.

— Хороший выбор. Хотите покататься на лыжах?

Виктор удивлённо взглянул на неё, точно так же, как Рон три года назад, когда она рассказывала об этом замечательном и популярном среди маглов развлечении, и поэтому Гермиона тут же пояснила:

— Ой, ты наверное не знаешь, что такое «лыжи»... Две параллельные узкие доски с заострёнными концами.

— Да нет, знаю, — несколько натянуто рассмеялся Виктор. — Но мы забронировали отель не в горах, а в низине, где климат гораздо мягче, и вместо снега идёт дождь. Если и кататься там на лыжах, то только на водных.

— Ну... тоже неплохо.

— Но, думаю, на это времени почти не останется. Мы хотим как можно больше тренироваться, а в качестве отдыха оба предпочитаем обычные прогулки на свежем воздухе, — тут он мечтательно улыбнулся, и Гермиона подумала, что никогда раньше не видела его таким счастливым. — Кстати, я уже многому научился у Эйрин. Тренировочная программа ирландцев в корне отличается от нашей. Они по большей части нацелены на скорость, тогда как мы — на силу. Но и ей, вообще-то, тоже было чему поучиться у меня.

— Ещё бы! А где она живёт? — спросила Гермиона из элементарной вежливости. — У себя в Дублине?

— Да. Из Хорватии сразу полетим туда, провожу ей... После Пасхи сборной Ирландии предстоит домашний матч со Швецией, а нам — ещё через неделю играть на выезде с румынами.

— С румынами? Если Чарли Уизли придёт на матч, передавай ему большой привет от меня.

— Обязательно, — Виктор вдруг нахмурился: было видно, что ему ни с того ни с сего стало неловко.

— Что с тобой?

— Никак не могу отделаться от неприятного ощущения, что я, вроде как, подставляю Макгонагалл своим решением покинуть школу по окончании учебного года. Ведь тогда преподавательскому составу снова придётся искать кого-то на моё место...

— Ты всё ещё переживаешь из-за этого? — Гермиона не верила своим ушам. Ей бы его проблемы!

— Честно говоря, да. А ещё, — он сдвинул брови, — меня беспокоит твой вид весь последний месяц. Грусть, которую ты безуспешно пытаешься скрыть, круги под глазами и жалкое подобие улыбки. Он всё-таки причинил тебе боль?

— Я сама с этим разберусь, Виктор... — одними губами произнесла Гермиона, но Крам осторожно приподнял её лицо за подбородок, заглядывая в глаза. Ему хватило несколько секунд, чтобы укрепиться в своих подозрениях.