Шрифт:
– Озвучивая то, что и так всем понятно?
– Я…-Аден замялся.
– Микаэль хочет предложить тебе сделку, способ отомстить Неистовому и утереть ему нос. Тебе просто нужно сказать, что ты хочешь остаться тут, и мой сир защитит тебя, он не позволит Неистовому даже приблизиться к тебе. Просто дай свое согласие, и ты будешь принадлежать Микаэлю, он обеспечит тебя всем, что ты захочешь, выполнит любую прихоть, а взамен ты всего лишь… -вампир запнулся, неуверенно отводя глаза.
– Взамен я стану его шлюхой?
– Не надо так категорично, -кременианец покачал головой, -Микаэль будет обходиться с тобой всяко лучше, чем Неистовый.
– Откуда, черт побери, ты можешь знать, как он ко мне относился?!
– зло отпихиваю руку мужчины, глупая пиявка, ты понятия не имеешь, что между нами было! Пусть Кай и ведет себя как мразь, но…но…
– Боже, неужели ты так сильно на него запала?
– Аден тяжело вздыхает.
– Я не хотел тебя обидеть, правда, просто это было бы выгодно нам всем.
– Какой бы сволочью он не был, я не придам его, прости.
– обнимаю себя руками и дрожу непонятно из-за чего, глупая ситуация, слишком сильно эта ложь стала походить на правду. –Хотя бы в память о том, что было между нами, пусть деньги, которые он за меня получит, станут моим прощальным подарком.
– Ты очень милая и добрая, редко встретишь таких искренних людей, Неистовый не понимает, как ему повезло.
Мягкая улыбка Адена как-то неправильно согревает, и мне становится совсем неловко.
– Отдыхай, Венди Бэйт, я очень надеюсь, что это не последний твой день тут.
Последний…
***
Страшно.
Мне должно быть страшно
Все в огне, но мне так холодно…
Это неправильно, нужно бежать, иначе я сгорю, как и все вокруг, но яркое пламя, попадая на кожу, танцует в некому непонятном ритме, оставляя на коже следы обморожения.
Лед касается губ, разгоняя по коже что-то темные, подобно яду отравляет кровь и становится невыносимо мерзко, во рту остается незнакомый привкус виски и колы.
– Приди в себя, милашка, -раздается над головой пискляво-скрипучий голос, - мне по душе живые подстилки.
Резко распахиваю глаза и почти врезаюсь в нависающего надо мной мальчишку с зелеными волосами.
– Микаэль?!
– хозяин квартиры широко улыбнулся, сверкнув заострившимися клыкам, все, что было одето на фрике – это, непонятно как держащиеся на узких бедрах, кожаные штаны.
– Какого хрена ты тут делаешь?!
– попытка скинуть Бессмертного не увенчалась успехом, мальчишка был куда сильнее, чем казалось.
– Где Кай?!
– Он немного занят, - мерзкая усмешка, -вряд ли Неистовому удастся пережить эту ночь. – мальчишка - фрик сдул упавшую на глаза челку.
– Ты мне лучше вот что скажи, почему ты отвергла мое предложение? Оно же было выгодным, ты могла отыграться на нем, но вместо этого предпочла верность.
– Слезь с меня!
– я предприняла попытку выкарабкаться, но Микаэль сильнее сжал бедра, тем самым частично меня обездвижив.
– Не торопись, милашка, успеешь еще побыть сверху.
Вампир наклоняется, и тихонько дует на кожу в районе шеи, отчего та покрывается ледяными мурашками.
Неправильная испорченная сломанная.
Ледяные губы скользят по пульсирующей вене, опускаясь к ключице, тонкие мальчишечьи пальцы подцепляют пояс халата, медленно стягивают ткань с плеч.
Не могу пошевелиться….
Тело словно окаменело, как будто со стороны наблюдаю за тем, как мерзкий кременианец вырисовывает на коже узоры холодным языком.
Кай не выживет…
Слова эхом отзывались в голове.
Ложь!
Он выкарабкается!
Это же Кай…
Он не сдастся!
И я не должна…
Тяжело вздохнув, начинаю шептать:
– Отче наш, иже еси на небеси.
Микаэль удивлено приподнимает голову, прекращая поцелуи.
– Да святится имя Твое, да будет воля Твоя.
Его губы складываются в улыбку поначалу изумленную, позже, перерастающую в откровенный смех.
– Да придет царствие Твое и на земле, яко на небеси.
Рука скользит к крестику на груди и сжимает его.
Вампир слегка подтягивается на руках, тем самым даруя мне немного свободы, видимо, полагая, что я сдалась.
– Аминь.
Одновременно с тем, как с губ сорвалось последнее слово, я с силой дернула подвеску, тонкое крепление, подавшись, обломилось и в ту же секунду заостренный кончик крестика вошел в сонную артерию Микаэля.
Вампир истошно завизжал, из раны хлынула кровь, а кожа вокруг странно запузырилась, в попытке вытащить серебро из шеи, Бессмертный, видимо, частично парализованный, запутавшись в покрывале, рухнул с кровати.
Этих секунд хватило на то, чтобы вытащить спрятанный пистолет и не раздумывая, пустить полю в лоб кременианской скотине.