— Я хочу увидеть его… — прошептала я, в глубине души надеясь, что объяснения для подобного желания не потребуется.

Король устало вздохнул, но всё же коротко кивнул, разрешая мне присутствовать в палате Станиславского.

— Раз за девчонкой больше смотреть не надо, то я пойду с вашего позволения, — подал голос одержимый.

— Далеко не убегай, — говоря это, Марбас посмотрел совершенно в другую от мужчины сторону — всё в тот же угол, куда Седит показал мне ранее, говоря, что находится там. — Ты ещё можешь понадобиться.

— Я снаружи, если что. Слежу, чтобы не появилось неожиданных последствий из-за снятия печати.

Мужчина поставил кружку на тумбу, сам же сел на диван и через мгновение завалился на бок, словно резко уснул. Беспамятство длилось всего десяток секунд, после чего незадачливый турист подпрыгнул и ошарашенно уставился на нас непонимающим взглядом.

— Что случилось? Где я? — пролепетал он, глядя на странно одетого короля и на перемазанного кровью коротышку со шрамом. Оба не скрывали своей демонической природы, от чего любому нормальному человеку стало бы жутко.

Финальным штрихом картины была я: в платье медсестры, обклеенная пластырями и с мокрыми белыми волосами и красными глазами. Втроём мы являлись практически живым воплощением безумной фантазии какого-нибудь режиссёра, решившего снять фильм про врачей-убийц. Атмосфера располагала: разбросанные заклятием вещи создавали и без того зловещий антураж помещению. Особенно эффектно выглядели уцелевшие от прыжка и теперь мигающие лампы.

— Скажу коротко: спасибо за как бы помощь, — отозвался Марбас, открывая дверь из комнаты. — И там это… Возьми у администратора баксов сто, что ли, тебе ещё машину мыть.

— Как мыть? Я же её только позавчера купил в салоне? — незнакомец подпрыгнул и, охнув, осел обратно, хватаясь за спину. — Что произошло?

— Вы потянули спину, когда спасли моего друга от медведя. Если бы не вы, мы бы погибли, — вмешалась я, подойдя к нему, с благодарностью глядя в глаза. — Вы отвезли нас в больницу, а после потеряли сознание от пережитого стресса. Огромное вам спасибо.

Я улыбнулась. Мужчина ошарашенно посмотрел на меня, потом на лже-доктора, его перепачканные руки, пролепетал что-то из серии «не надо благодарности» и, взявшись за голову, покинул помещение.

— Давайте вас хотя бы осмотрят, — крикнула ему в след я, но тот лишь отмахнулся, спеша скрыться за входными дверями.

Я последовала за успевшим покинуть комнату отдыха Заганом, который направился в противоположную от стойки администрации сторону.

— Казадор, ты дура, — фыркнул мне в спину Марбас. Я обернулась и снова встретилась с ним взглядом. — Ему можно было память потереть, а не устраивать суси-пуси.

— Пусть думает, что герой, — неожиданно для себя я снова улыбнулась. — Жалко тебе, что ли?

Заган открыл дверь крайней палаты в коридоре и пропустил меня вперёд. От увиденного я едва не снова не впала в ступор. Асмодей походил на большую неживую куклу: мертвенно бледный, он казался совершенно безжизненным. Аппаратура искусственной вентиляции лёгких исправно шипела, подавая воздух. Монитор состояния пациента отображал аномально низкие показатели для живого человека: сердце практически не билось, давление 30 на 15. Станиславский действительно находился на грани жизни и смерти.

Я осторожно приблизилась к библиотекарю и коснулась его руки. Холодная.

От локтя тянулась трубка к подвешенному на стойке пакету с донорской кровью. Марбас, взяв у Загана бутыль, подошёл к ящику с медицинскими принадлежностями, достал упаковку с одноразовым шприцем. Не долго думая, разорвал её зубами, откупорил бутыль и наполнил шприц чёрной демонической кровью.

— Твоя? — ассасин слизнул капнувшую ему на палец каплю и посмотрел на короля. Тот молча кивнул, на что падший усмехнулся. — Не хило. Такая кого хочешь поднимет из могилы. И не жалко же тебе…

— Велиал сказал, что Асмодей ему нужен, — Заган заставил меня жестом отойти от Станиславского, в дальний угол палаты, сам же встал по другую сторону от кровати, на которой лежал падший. — Я в их отношения не лезу — это бесполезно.

— Ну-с, — Марбас проигнорировав все правила безопасности пациента, вогнал иглу шприца прямо в верхнюю часть пакета с донорской кровью, предварительно закрывая подачу крови Асмодею, пережав пальцами трубку капельницы, — вздрогнем. Эй, Казадор! Хочешь фокус?

Я непонимающе уставилась на демона.

— Смотри.

Он нажал на поршень, заставляя чёрную кровь падшего ангела низвергнуться в алую человеческую. Потом произошло нечто невероятное: осев на дне, словно она тяжелее, резко колыхнулась и взбурлила, поглощая красную. Через мгновение, когда весь пакет оказался заполнен чёрной жижей, Марбас выпустил трубку и отбросил шприц, а потом, как по команде, они с Заганом схватили библиотекаря за плечи.