— Позвони Маргарет, — посоветовал Марбас и взял телефон у проходящего мимо хирурга. Тот, впрочем, не сопротивлялся. Я уже перестала этому удивляться.

Стоило мне набрать телефон тёти, как трубку на другом конце сняли — на первом же гудке. Маргарет явно нервничала и, видимо, всё это время держала сотовый в руках.

— Нозоми? — сиплым голосом спросила тётя, несмотря на то, что номер был ей незнаком и я не успела сказать и слова.

— Да, это я.

Стоя практически у выхода, я нервно теребила листья фикуса, который рос в кадке. Несчастное растение за первое время разговора лишилось нескольких листьев и веточки.

— Нозоми, милая моя! — Судя по голосу, тётя едва сдерживала истерику. — С тобой всё в порядке? Вы уехали так быстро, что ты даже не взяла ни телефона, ни документов, а я не успела узнать даже в какую больницу вы поехали и…

Последовал судорожный вздох и всхлип.

— Со мной всё в порядке, Маргарет, не беспокойся, — поспешила заверить её я. — Я отделалась синяками и царапинами. Ничего серьёзного, правда. Помнишь, я училась кататься на роликах?

Я решила оставить фикус в покое и сесть на диван для гостей и ожидающих приём.

— Во втором классе… — хрипло отозвалась тётя.

— Да. Я упала тогда и знаешь, это было больнее, чем сейчас, — я улыбнулась, от чего поймала на себе задумчивый взгляд Марбаса, сидящего напротив меня — прямо на приёмной стойке, оперившись одной ногой на столешницу и положив голову на колено. Медсестра и администратор по этому поводу не возмущались, словно перемазанный кровью парень, в медицинском халате, залезший грязными ногами на стол, был в порядке вещей.

Тётя замолчала.

Тем временем Заган принёс откуда-то Марбасу бокс с шестью бутылками пива. Тот радостно опустошил залпом одну и аккуратно поставил на стол.

— Что с Робертом? — тихо спросила она, запинаясь, словно боялась услышать самое страшное, что можно было услышать в этом случае.

— Он живой.

Мне показалось, что тётя облегчённо выдохнула.

— Если бы не Марк… — я покосилась на Марбаса, тот заигрывающе задвигал бровями. — И не тот мужчина на Бьюике, боюсь, всё было бы куда хуже.

— Ему нужна помощь? Надо что-то срочно оплатить? Хирург? Он в сознании? — вопросы посыпались на меня как из рога изобилия.

— Он сейчас спит. Не волнуйся, ладно? Здесь есть кому за ним присмотреть — прекрасные и отзывчивые врачи, — от этой фразы ассасин подавился пивом, согнувшись в беззвучном хохоте, но всё же хлопнул себя по колену. Я снова улыбнулась. Почему-то настроение было такое, словно с сердца убрали невероятной тяжести груз, эйфория. — Я скоро приеду. Вы всё ещё в Блю Ридж?

— Слава богу, слава богу. Это ужасно. Я не представляю, что мне говорить его родственникам. Какой ужас. Это просто невероятно. Нет, милая, мы уже в общежитии. Доехали до школы, и я попросила мистера Гаретта отвезти Алекса домой. Возвращайся быстрее, хорошо?

— Не волнуйся. Всё нормально, Маргарет. Я вызову такси сразу же, как меня отпустит врач, — я прервала вызов и протянула телефон хирургу. Тот кивнул и ушёл по своим делам, вероятно, проверить кого-то из пациентов.

Заган сидел на другом конце дивана, задумчиво почёсывая щетину на щеке мизинцем и отстранёно глядя куда-то перед собой. Марбас поставил рядом с первой пустой бутылкой вторую и открыл еще одну.

— Не увлекайся, — отозвался на это король, переведя взгляд на наёмника. — Тебе следить за больницей ещё, когда я уйду.

— Охренеть работка, — буркнул Марбас, отрываясь от горлышка. — Вот прикрывать эту бестолковую жопу я точно не планировал. У меня такое чувство, что ты делаешь это намеренно. Знаешь, что мы плохо работаем друг с другом.

— У меня такое чувство, — парировал Заган, — что ты намеренно допустил это и отказался его исцелять, лишь бы сбежать оттуда.

— Не без этого. — Марбас расплылся в улыбке, совершенно не стесняясь того, что его уличили в таком проступке.

— Вот и сиди тут теперь. Уверен, что Асмодей сделает всё, чтобы не тратить энергию душ за зря, что вполне в его духе, поэтому ожидаю, что он проторчит тут минимум неделю. И ты, соответственно, тоже.

Марбас пожал плечами на это:

— Я думаю, что я найду, чем себя занять, — он оглянулся на медсестру и администратора. Женщины приветливо заулыбались, почувствовав на себе внимание падшего. — Дамы, вы любите БДСМ?

Заган не дал мне расслышать их ответ, потому что поднялся с места и позвал меня с собой. Мы вернулись в комнату отдыха, которую теперь можно было с натяжкой так называть. Уборщица молча собирала осколки стекла с пола и не обратила на нас ни малейшего внимания, словно нас не существовало.

— Через десять минут сюда заявится шериф, я попросил в регистратуре ему сообщить что вы здесь, — король повернулся ко мне и смерил хмурым взглядом. — Но ты сейчас поедешь домой. Я сам с ним переговорю. Ты, конечно, учудила… Бездна с тобой, вы все виноваты! Учти, если такое повторится, то я посажу тебя на цепь, потому что ты нужна нам живой и невредимой.

Он раздражённо посмотрел на замешкавшуюся уборщицу и щёлкнул пальцами. Поднявшийся порыв ветра образовал крошечный торнадо в центре комнаты, притягивая всю грязь туда. Битые лампы и клочки бумаги, опавшие листья с растений собрались в плотный ком и опустились в ведро женщины. Та молча кивнула в знак благодарности и покинула помещение, явно намереваясь убрать в палате Асмодея.