– Прямо сейчас?

– А чего откладывать?
– и тащу слабо сопротивляющегося приятеля к ближайшей телефонной будке.

Вопреки Борькиным опасениям, Ярцев-старший его звонку обрадовался. Я хоть и видел пару раз запомнившегося мне по экзаменам Дмитрия Петровича неподалеку от нашего обиталища, но, думаю, доклады подчиненного личного общения с сыном не заменят. Что бы парень ни думал, а отец его любит, хоть, видимо, и не умеет эту любовь выразить.

Ужин в компании Льва Романовича проходит в престижном ресторане. Сначала мужчина был недоволен моим присутствием, но, не ощутив привычной нагрузки на свой слабенький источник, заметно оттаял. Пока отец расспрашивал сына, я отдавал должное искусству повара, не вмешиваясь в их диалог. Ван, конечно, готовит неплохо, но иногда и каких-то изысков интересно попробовать, тем более что в подобных заведениях я и в прошлой жизни считанные разы был.

– Ну-с, молодые люди, а теперь выкладывайте, что вас ко мне привело. Я, конечно, очень рад Боре, но сомневаюсь, что это была его инициатива, - проницательно заметил промышленник после устроенного допроса.

– Отчасти вы правы, Лев Романович, - впервые с момента знакомства подаю голос, - Но только отчасти, потому что Борис действительно скучает по семье, - Чёрный отчетливо краснеет и смущается, а вот его отцу эти слова приятны. Тем временем я продолжаю: - Скажите, вы убедились, что в моем присутствии способности вашего сына нивелируются?

– Да, как это ни удивительно, но я абсолютно не чувствую оттока энергии. Как вам это удается?

Копирую приподнятую бровь Земели, недаром перед зеркалом тренировался, а то очень уж выразительно у Олега выходит, даже завидно иногда. Чтоб Ярцеву-старшему, да не доложили о талантах нашей компании?
– очень сомневаюсь.

– Наследственность хорошая, - туманно отвечаю на вопрос.

– А вы, кстати, знаете Егор, что очень похожи на...

– Так я же говорю - наследственность хорошая, - перебиваю слегка нахмурившегося собеседника, который, впрочем, понимающе усмехается в свои шикарные светлые усы и оставляет эту тему в покое. Непонимающий взгляд Бориса оба игнорируем.

– И что же вам от меня надо?

– Недавно у меня появилась возможность устроиться в Первую Петербургскую гимназию, в десятый класс, - теперь черед Бориного отца изумленно двигать бровями, - Но поскольку учиться мне придется под своим именем - это вызовет ряд вопросов, - еще одна понимающая усмешка и легкий наклон головы, поощряющий продолжать.

– А вот если я поступлю, как товарищ какого-нибудь родовитого ученика, то эти вопросы никто задавать не будет, поскольку все будет ясно и прозрачно, а мой покровитель окажется как бы совсем не причем...

– И вы хотите, чтобы в данном случае я выступил инициатором вашего зачисления? За компанию с Борисом?
– с ходу понял, к чему я клоню Лев Романович.

– Именно. Как вы сами понимаете, отучиться там хотя бы год - весьма престижно. И откроет потом многие двери, как передо мной, так и перед вашим сыном...
– продолжил я искушать любящего отца.

– А ты, Боря? Сам-то хочешь?
– перевел взгляд Ярцев на моего товарища, - Там ведь всякие ситуации могут возникнуть, а Егор не всегда будет рядом.

– Пап, если я правильно понял, то даже в случае срыва навредить я там никому просто не смогу, многие будут на порядок сильнее меня, а ситуации - они и в обычной жизни возникнуть легко могут. А так я хоть научусь со сверстниками общаться, заведу знакомства, да и просто подучусь, - практически слово в слово повторяет Борис мои аргументы.

– Хорошо. Я доволен, сын, что ты принимаешь правильные решения. Признаться, когда ты просто сбежал из дома, был у меня соблазн вернуть тебя обратно, но я решил посмотреть на твои действия, а заодно дать тебе время остыть, чтоб ты подумал и понял мои причины. И я очень рад, что, несмотря на обиду, ты обратился за помощью именно ко мне, - разразился нравоучительной речью Ярцев, заставляя меня изо всех сил подавлять желание поморщиться. Слова, безусловно, правильные, но то, как они прозвучали... Борьке, наверно, гораздо приятнее было бы услышать что-нибудь вроде: "Молодец, сынок, так держать!"

– Что от меня требуется?
– перешел он к текущим задачам, покончив с пафосной частью.

– Если вы, Лев Романович, примерно через неделю обратитесь в гимназию с просьбой о зачислении нас двоих, то вам не откажут, договоренность об этом имеется. Еще нужны Борины документы, но это мы и сами откопируем и передадим. Вот, в общем-то, и все.

– А оплата?

– За себя я заплачу сам, за Бориса - на ваше усмотрение.

– Пап, я сам заплачу!
– вмешивается Борис.

– Что я, на обучение сына денег пожалею?! Не думай об этом, учись лучше! И за форму и принадлежности мне потом счета перешли, я компенсирую.

– Хорошо, - смиренным тоном соглашается Борис, словно ему не денег, а каку предложили, от возмущения пинаю этого зажравшегося засранца под столом. Парень вскидывается, но мои гримасы понимает правильно, и уже нормальным голосом произносит: - Спасибо, папа!

– Вот и хорошо, - отвечает мужчина, от которого не укрылась наша короткая пантомима, - Когда собираетесь ехать?

– Уже на следующей неделе, нам ведь еще устроиться надо, - отвечаю за обоих.

– Позвони, как доберетесь, - это уже персонально сыну. Борька согласно угукает, - У меня есть квартира в Питере, можете там устроиться, - предлагает он нам.