– Спасибо за совет, - суховато поблагодарила я ведущих и поспешно откланялась. И без того, кажется, наломала дров...

* * *

В моем пакете с товаром на продажу оказалась всяческая ерунда: декоративная косметика, простенькие украшения, брелоки, зажигалки и прочее в том же роде. Долго я изучала эту дребедень, едва сдерживая гнев. Интересно, Ядвига и Эрнест действительно думают, будто они смешно надо мной подшутили? Даже если я продам все, что мне дали (хотя сомнительно!), на заработанные деньги я в лучшем случае куплю пару колгот... даже на поясок не хватит!

– Ну, ладно, - с обидой пробормотала я себе под нос, снова упаковывая товар.
– Все равно справлюсь...

И я справилась, более или менее. Я целый день обходила дома из списка разрешенных адресов, наведалась, кажется, во все квартиры... кое-где передо мной сердито захлопывали двери ("Вы с ума сегодня посходили, что ли?!"), кое-где приглашали зайти и даже соглашались приобрести какую-нибудь мелочевку... в результате я вернулась обратно под вечер, вымотанная до предела, совершенно сбившаяся с ног, с практически полностью распроданным товаром. Денег много не заработала, но хоть что-то принесла! В целом, я была собой вполне довольна.

В коридоре я столкнулась с Настасьей, которая не шла, а буквально летела, сияя своей широчайшей улыбкой. И глаза девчонки тоже сияли, да и вообще вся она словно излучала свет. У меня неприятно засосало под ложечкой, душу сковало нехорошее предчувствие. Неужели распродажа товаров была столь удачна?.. Не дай бог!

– Как успехи?
– сквозь зубы спросила я, сдувая со лба взъерошенную челку. По сравнению с расфуфыренной Настасьей я самой себе казалась истинной замарашкой...

Настасья продолжала озарять округу самодовольной улыбкой Чеширского кота.

– О, все превосходно!
– заявила грудастая красотка уверенным тоном.
– Я неплохо заработала, знаешь ли! Я вообще умею продавать...

– А что у тебя было? Косметика?
– с подозрением осведомилась я. Вдруг ей дали более перспективный товар?

Настасья беспечно пожала плечами:

– В том числе и косметика... с ней пришлось труднее, я не люблю продавать женщинам, понимаешь?
– и она подмигнула мне, как сообщнице.

Меня передернуло.

– Ну, и как ты вышла из положения?
– недовольно поинтересовалась я.

– О, очень просто! Я действовала через мужчин... уговаривала их позаботиться о своих, так сказать, половинках... умно, правда же?

– Весьма умно, - с прохладцей признала я и, помолчав, как бы невзначай спросила: - А что там наша стервочка? Камилла?

– Ну, не так хорошо, как я, но тоже справилась, - равнодушно отозвалась Настасья и с любопытством взглянула на меня.
– Ну, а ты что? Все получилось?

– Кое-что получилось, - сдержанно подтвердила я, после чего торопливо ретировалась. Подвергаться перекрестному огню из вопросов Настасьи мне вовсе не улыбалось... достаточно было того, что улыбалась сама Настасья!

Итак, я ушла к себе в комнату - теперь, после столкновения с соперницей, совершенно разбитая уже не только физически, но и морально. Плюхнулась на кровать и так и лежала, мрачно глядя в потолок и не предпринимая никаких попыток встать и что-нибудь делать. Да и что я могла поделать?

И все-таки мой разум продолжал работать. Пока я находилась в состоянии некоей прострации, мое подсознание искало выход из тупикового положения - и нашло! Ответ всплыл на поверхность сознания, словно из ниоткуда, и оказался столь очевидным и простым, что я, вдохновленная, порывисто села в кровати и заулыбалась с энергией Настасьи.

Господи, все предельно просто! Нужно использовать Петра Ивановича... вчера он отказался очаровываться мною, и сегодня это можно использовать против него. И я использую!

...конец дневниковой выдержки...

Выдержка из дневника Петра Ивановича

Признаюсь: не мастак я продавать! Ну, не мужское это дело, как по мне. Так что я не особо старался, но вернулся все же не с пустыми руками. Кое-что заработал, а как иначе?

Мне, честно скажу, было совершенно все равно, выиграю я или проиграю. Сомнительный какой-то конкурс... Хотелось домой, к нормальной жизни... утомился я от здешнего дурдома! Я ведь, по сути, уже не мальчик... но ни в коем случае не старик, вовсе нет!