Но продолжает потирать пальцами кулон. Подходит к порогу комнаты, заглядывая внутрь. Парень уже держит в руках маркер, приняв фирменную позу. Девушка входит на цыпочках, будто боясь помешать или вовсе оборвать его мыслительный процесс. Она подходит к прозрачной доске, что находится возле двери, смотрит на Дилана, подняв брови. Хлопает ресницами, уставившись на металлическую банку в его руках. Парень почувствовал на себе взгляд, поэтому закатил глаза, переведя их на Ронни:

– У меня стресс, мне можно, - кивает на стол, где стоит молочный коктейль.
– Возьми.

Ронни складывает руки, усмехнувшись.

Дилан, пьющий пиво, чтобы расслабиться? Сегодня определенно день странных неожиданностей с его стороны. Парень хмурит брови:

– Не смотри на меня так, а лучше помоги мне понять, - Дилан срывает с доски фотографию с воспитанниками и подходит к Ронни.
– Они ведь не просто так нас туда притащили, - вешает на прозрачную доску. Ронни опускает руки вдоль тела, хмуря брови. Дилан вздыхает, продолжая:

– Если бы они нас хотели убить, то не стали бы ради этого тащить наши туши в это здание. Они могли спокойно прибить нас в твоем доме или в лесу, - подносит банку к губам, отпивая. Скорее, он надеется, что алкоголь поможет ему расслабиться и уснуть, чем как-то повлияет на его мозговую деятельность. Ронни внимательно смотрит на лица детей. Она берет маркер, начиная писать на доске: “У моей бабушки был дневник. Журнал, где она вела записи”.

Дилан хмурится:

– Думаешь, там что-то можно “отрыть”?
– отходит к столу, не отворачиваясь от девушки. Та вновь пишет: “Возможно. Моя бабушка - наблюдатель. Она практически каждый день что-то да писала там. Но, думаю, дедушка забрал этот дневник…” - Ронни стирает, продолжая писать на освободившемся месте. Она рассчитывает, что Дилан успевает читать всё, поэтому не медлит. Правда, парень резко ушёл в себя. Сложил руки на груди, поднося банку ко рту. Смотрит Ронни в затылок, хмуря темные брови.

Девушка не говорит, но парень знает, что она здесь.

Раньше её молчание вызывало неловкость. Порой Дилан даже забывал, что Ронни находится в его комнате. Он не знал, как вести с ней беседу, как говорить, если она не может. Это приносило много проблем и неудобств, но сейчас, как ни странно, этого нет.

Вот она. Стоит у доски, продолжая что-то писать, но Дилан даже не думает начать читать её “послания”. Он немного наклоняет голову, щуря глаза. Смотрит из-подо лба, как девушка приподнимается на носки, вновь стирая всё написанное с доски.

Может, стоит начать читать?

Нет. Дилан смотрит на то, как ткань майки Ронни собирается на уровне талии. И девушка не опускает её. Её штаны натянуты до талии и завязаны на шнурки. Эти вещи велики ей, поэтому смотрятся на ней нелепо.

Но, когда девушка ходила в его вещах, подобные мысли не возникали. Дилан лишь пытался сравнить Ронни с Хлоей, вот только тут сравнивать нечего. Они совершенно разные, как ни посмотри.

Ронни оборачивается, вопросительно взглянув на Дилана. Дилан мнется. Он должен что-то ответить? Она задала вопрос?

Поднимает глаза на доску:

– Нужно вернуться ко мне и забрать твои вещи. Заодно, поищем дневник.

Дилан кивает головой, с облегчением выдыхая, когда Ронни отворачивается, начиная ходить вдоль доски. Смотрит на фотографии и записи, сделанные О’Брайеном. Её привлекает вырезка из газеты.

“Гордон О’Брайен - потрошитель, обезглавливатель или просто творческая натура?”

Кто-то явно поиздевался, придумав такой заголовок. Ронни хмурится, качая головой. Стоит ли ей получше узнать о случившемся в семье Дилана? Как он отреагирует на её расспросы?

Ронни запускает руки под ткань майки, чтобы подтянуть лифчик.

О’Брайен медленно отрывается от стола, смотря на Ронни. Девушка переступает с ноги на ногу, убирая волосы на бок, тем самым открывая шею. Парень с каким-то недоверием смотрит на неё, скользя взглядом ниже, после чего вновь поднимает глаза выше. Ронни наклоняет голову в разные стороны, чтобы размять шею.

Дилан чувствует, как к горлу подкатывает тошнота. Он хочет поднести к губам банку, чтобы сделать глоток, но это не помогает. Парень опускает руки, не следя за углом наклона банки, из которой может вылиться алкоголь.

Ронни кусает кончик маркера, хмурясь. Прислушивается. Подметила, что парень молчит. Слышит, как он шаркает ногами по полу, но не оборачивается, видя его в отражение прозрачной доски. Моргает, ощущая, как в горле образовывается комок. Пытается проглотить его, но лишь учащается биение сердца. Нервно теребит пишущий предмет в руках, не отрывает взгляда от подошедшего парня, глаза которого замерли на открытом участке шеи.

Дилан остановился, медленно скользя взглядом по оголенному плечу Ронни. Её кожа покрывается мурашками, когда с губ парня срывается тяжелый вздох. Свободной рукой, осторожно, будто нехотя, словно сознание останавливает, касается её бедра. Скользит пальцами к краю майки. Ронни замерла. Не шевелится, но в её глазах уже блеснул страх, вызванный непониманием. Она не может здраво объяснить это. Сутулит плечи, будто желая немного отдалиться от парня, который опустил голову, коснувшись носом макушки Ронни. Касается майки, большим пальцем проникая под ткань. И обжигается. Горячая, раскалённая кожа. Это поражает, ведь Ронни скупа на эмоции. И парню казалось, что её кожа такая же холодная, какой сама девушка кажется внешне.