Знаете, что плохого в том, чтобы спать со здоровым буйным мужиком в одной постели? Посреди ночи вы можете внезапно проснуться из-за того, что вас лягнули в одно место. Конечно же, это получилось совершенно случайно, ведь человек спал и не отдавал отчет своим действиям, но, учитывая габариты мужчины и ту силу, с которой вам прилетело от него – смотреть на все это снисходительно как-то не получается.

А еще можно проснуться, как я. Получить кулаком в глаз. Это, конечно, менее приятно, нежели поджопник, но зато как бодрит!

– Твою ж, - успел я сдавленно ругнуться, прежде чем свалиться с кровати на жесткий пол.

Отбив себе копчик, тем не менее, схватился за глаз, ощущая, как в нем пульсирует боль.

Проснувшийся от глухого звука упавшего тела, белобрысый самоубийца приподнял голову и, чуть приоткрыв глаза, сфокусировал на мне взгляд. Сонно пролепетал:

– Зыкин… ты чего на полу сидишь?

– А тебе-то как повезло, что ты лежишь…

– Что? Почему?

– Падать не придется, - мстительно прошептал я, поднимаясь на ноги.

Почуявший что-то, Лапин приподнялся на локтях и настороженно покосился на меня, когда я принялся решительно обходить кровать, направляясь в его сторону. Верно истолковав, что я иду не обниматься, он снова пробормотал, но уже отчетливее:

– Эй, ты чего? Не проснулся еще, что ли?

– О! – всплеснул я одной, свободной, рукой. – Ну что ты! Благодаря твоим стараниям…

– А что я сделал?

– В глаз мне долбанул, - мрачно проинформировал я разом потерявшего весь сон Матвея.

Последний сконфузился, почувствовав вину.

– Так это… Я ведь спал, не хотел. Ты прости.

– Да уж, - пробурчал я, остановившись и поморщившись от боли.

Постояв немножко, повернул голову к компьютерному столу. В темноте отчетливо светились зеленые цифры, показывая полвторого ночи. Зашибись.

Охреневая, упустил момент, когда Лапин возник рядом. Глаза (вернее глаз) привыкли к темноте, и я мог различить виноватое озабоченное лицо белобрысого.

– Ты иди лед приложи, - помявшись, все же посоветовал он, а я, отвернувшись, буркнул:

– Знаю.

И, открыв дверь, вышел. Лапин сопровождал меня до кухни. Затем резко пропал: я свернул, а он ушел прямо, видимо, приспичило в одно место.

Морщась от боли, потянул на себя дверцу морозилки. Тускло засветила лампочка внутри, освещая лишь пачку пельменей и замороженное мясо в целлофановых пакетиках. Поколупав ногтем стенки морозилки, я только заморозил руку, так и не отвоевав себе приличный кусок льда. Плюнув на затею, подобрал небольшой по размеру кусок мяса. Оценивающе взвесив его в руке, приложил к глазу, который начал заплывать. Скула, кажется, тоже припухла.

Не пойду я к зеркалу. Ну его. Точно ведь не засну, посмотрев на себя.

Торчал на кухне с куском мяса у глаза я минут десять. За это время ко мне присоединился Лапин. Мрачно зыркнув на него, сообщил:

– Спать со мной больше не будешь.

– А где?

– В Караганде! На балконе.

– Не смешно, - нахмурил брови Матвей.

Я всем корпусом развернулся к нему.

– А я и не шучу. Хотя-я… там места у меня совсем нет, поэтому на кресле перекантуешься.

– Там неудобно, я даже лечь не смогу, - жалобно вздохнул друг.

Я отложил мясо, сунув его обратно в морозилку. Осторожно потрагивая синяк, двинулся в зал.

– Ну и что? В прошлый же раз как-то заснул.

Лапин, идя по пятам за мной, принялся отчаянно шептать:

– Так потом весь день шею ломило адски!

– А я что поделаю? – развел руками. Затем немного нагнулся и в полный голос нетерпеливо произнес: - Эй, пацан! Вставай! Давай-давай!

Паренек, зашевелившись, поднял взлохмаченную голову. Кое-как продрав глаза, он невнятно пробормотал что-то. Кажется, спросил, какого фига нам надо. Нахмурившись, я хлопнул его по плечу несколько раз, стараясь тем самым вывести его из полусна. Еще раз повторил:

– Вставай.

– Зачем? – принялся вяло отбиваться сожитель, заново устраиваясь на диване.

– Баранов считать, - ляпнул я первое, что пришло в голову.

Пацан на мои слова только дрыгнул рукой слабо, также оставаясь лежать на месте. Молча постояв около него с минуту и видя, что выполнять мои указания никто не торопится, гаркнул в самое ухо:

– А ну встать!

Пацан подскочил. Сразу, как миленький. Вздрогнувший Лапин неразборчиво ругнулся. Не ожидавший такого подъема, сожитель стоял рядом как вкопанный и очумело хлопал глазами. Подождав, пока он мало-мальски придет в себя, продолжил более спокойно: