Встав из-за стола, тетины замечания я решил пропустить мимо ушей. Помыв руки, вытер их о поданное Светой полотенце и снова сел, взяв ложку. Помолчав некоторое время, я неожиданно нарушил тишину, улыбнувшись:

– Кажется, у тебя живот еще больше стал.

Гремя посудой у раковины, Света, к изумлению, довольно холодно отреагировала:

– Намекаешь, что я похожа на корову?

Я удивленно вскинул глаза, замолчав и не донеся ложку до рта. Настороженно смотря на тетину спину, напряженно ответил:

– Нет.

Со звоном опустив вымытую кружку обратно в раковину, Света застыла. Когда я уже хотел встать, чтобы подойти к ней, она выключила мощный напор воды, вытерла руки о полотенце и села напротив меня, устало проведя рукой по лицу.

– Извини… Я сегодня что-то вообще, - неопределенно махнула тетя рукой.

Затрудняясь что-либо ответить, я начал хлебать суп, - это оказалась солянка, - чувствуя, что обжог язык, поторопившись. На кухне все то время, пока я ел, царила тишина. На удивление, вовсе не напряженная. Когда моя тарелка опустела, Света улыбнулась.

– Чай будешь?

Я кивнул. Остановив тетю жестом, встал сам. Открыв шкафчик с посудой, в свою очередь поинтересовался:

– А ты?

– Да, было бы неплохо, - не стала отказываться Светка. – Печенье внизу, рядом с хлебом. Еще хлопья есть, если хочешь.

– Отбирать у Юльки ее любимый завтрак? Нет, воздержусь, пожалуй.

Тетя только понимающе хмыкнула. Через минут тридцать она напомнила мне о цели моего визита.

– Ну так сколько тебе надо? – вытерев влажные губы тыльной стороной ладони, вопросительно посмотрела на меня Светка, а я, не думая, выпалил:

– На проезд.

Видя откровенное замешательство, отразившееся на лице родственницы, смутился, запихав в рот печенье. Шмыгнув носом, довольно быстро сориентировался:

– Шучу. Рублей пятьсот.

– А на что, если, конечно, не секрет?

– Ну…

Я напрягся, судорожно соображая. Света нахмурилась.

– Неужели опять продукты?

Обрадовавшись, что тетя сама придумала мне причину, кивнул, опять потянувшись к полиэтиленовому пакетику с печеньем. Наблюдая за тем, как в моем рту угощение в очередной раз исчезает, родственница осуждающе покачала головой, убрав выбившуюся прядь волос за ухо.

– И куда ты только деньги деваешь? Копишь-копишь, экономишь на всем, а их все равно нет.

– Магия какая-то, - поддакнул я, залпом допивая горячий напиток.

Света медленно встала, держась за край стола. Отказавшись от моей помощи, она ненадолго ушла куда-то, а затем вернулась с пятью купюрами по сто рублей. Осторожно опустившись на стул, она положила их передо мной, с сомнением предложив:

– Может, мало? Давай еще дам? Раз у меня пока деньги есть…

Я замахал руками.

– Нет, спасибо, мне и этого хватит! Я же ем немного, - рассмеялся несколько нервно.

Света вдруг впилась в меня пронзительным взглядом.

– Ну это ты, а Артем? Кстати, как он там? Все еще у тебя?

– Все еще.

– Чего скривился-то так? Опять его задираешь?

– Да нужен он мне!

Я даже немного обиделся: чего Светка меня, родного племянника, всегда тираном выставляет? Я, конечно, не подарок, но и не настолько ведь ужасный.

Тетя примирительно улыбнулась, стряхнув крошки со стола в руку.

– Ладно-ладно, не сердись. Еще чаю хочешь?

– Нет, я пас. Спасибо… Я, наверное, пойду.

Сказав это, поднялся из-за стола, взяв деньги. Взглянул на вскинувшую брови Свету.

– Как, уже? Ты сиди, если хочешь, я тебя не гоню!

– Знаю, но мне пора. Долг потом как-нибудь отдам.

– Ну, ладно… Ах да! Вадик, погоди!

– А? – я обернулся, едва не столкнувшись с тетей.

– Матрас свой забери, я его уже давно почистила. А то в следующий раз неизвестно когда придешь еще.

Я остановился, задумчиво наморщившись. Света, видя мои потуги на лице, встала рядом, держась одной рукой за поясницу.

– Ну так что? Брать будешь или нет?

– Знаешь… наверное, все же нет. Не хочу сейчас с ним таскаться.

– Так ты сейчас не домой пойдешь? – удивилась тетя.

Я развел руками.

– Ну да.

Родственница почесала лоб, вздохнув в сторону. Смотря, как я обуваюсь, она пробормотала:

– Ну смотри, если что. Твое ведь добро, вдруг понадобится?