Желание намылить кое-кому шею стало на удивление острым. Не меняя позы, я уперся пяткой в узкую спину, давя на нее. Дождавшись непонимающе-рассерженного зырка, адресованного мне, мило улыбнулся.

– Оглох? Куда такой красивый направляешься?

Дернув плечом, сбрасывая мою ногу со своей спины, сожитель отвернулся и глухо пробулькал:

– Гулять.

– Один, что ли? Или со своим Ан…

– Да, один! – резко выпрямился пацан, встав на ноги и сжав кулаки.

Оторопев на секунду, я заскрежетал зубами. Подавшись вперед, схватил пацана за плечо, разворачивая лицом к себе, после чего сильно надавил, заставив его упереться спиной в стену. Услышав короткое оханье, чуть наклонился и тихим спокойным голосом предупредил, смотря на сожителя в упор:

– Ты это прекращай. В таком тоне будешь с мамочкой дома огрызаться. Даже если я и позвал тебя обратно, это не значит, что я буду терпеть твои капризы и перепады настроения. Смекаешь?

Замерший пацан слегка кивнул, помедлив. Не отпуская его, я процедил:

– А теперь спрашиваю еще раз: один гулять собрался?

– Н-нет.

– С кем?

– С Алиной.

– Где?

– Не знаю, еще не решили.

Пару секунд я еще смотрел на паренька, пытаясь понять, не врет ли он. Затем отпустил. Повернувшись к нему спиной, фыркнул, на ходу бросив небрежно:

– Не задерживайся.

Закрыв за собой дверь, плюхнулся на кровать, выдохнув и закрыв глаза. И что на меня нашло? Я всего лишь хотел поставить пацана на место, а помимо этого еще и допрос ему устроил. Да и к чему это «не задерживайся»? Наверняка я хотел сказать, чтобы он Алину не задерживал. Тьфу!

– Вы что, поцапались?

Резко распахнув глаза, я уставился на сидящего за компьютером Лапина, который скучающе вертел какую-то вещь в руках. Фыркнул.

– Да какое там! Рыпается. Только не на того.

– Подростковый бунт? – предложил Матвей, покручиваясь на стуле. Я перевернулся на бок.

– Не знаю.

Нашарив под подушкой журнал, уткнулся в него, показывая, что не хочу продолжать разговор. Друг, пробормотав что-то себе под нос, через несколько минут оставил меня в одиночестве.

Перелистывая страницы скорее для вида, чем действительно разглядывая их содержимое, вскоре я отложил журнал в сторону и, взглянув на электронные часы, начал свои сборы. Света ведь ждет.

Когда я, полностью одетый, вышел в прихожую, пацана уже, естественно, там не было. Наверное, ушел.

Объяснил любопытному Матвею причину моего внешнего вида. После, посмотревшись в зеркало, вызвал такси. Будем считать, что мне просто не захотелось трястись в автобусе, а фингал здесь вовсе ни при чем.

Минут через двадцать я стоял перед подъездной дверью, борясь с искушением покурить, прежде чем войти. Но Светка наверняка учует запах, если она только не болеет и у нее не заложен нос, в чем я сильно сомневаюсь.

Сумрачно нахмурившись, все же набрал номер квартиры, засунув свои желания куда подальше. Дождавшись, когда домофон приглашающе запиликает, потянул дверь на себя.

– О Боже!

– Я тоже очень рад тебя видеть, - буркнул я, отодвигая тетю в сторону и проходя внутрь квартиры.

Света, закрыв входную дверь, обернулась и требовательно протянула руку к моему лицу.

– И где же тебя так угораздило, а?

– Ай!.. Света, не трогай, больно же, - отстранился я, убрав тетину теплую ладонь от себя.

Сердито и в то же время обеспокоенно заглянув в мои глаза, Светка шлепнула меня по плечу и прошла на кухню, не забывая при этом вслух причитать:

– Вот всегда ты с синяками шляешься. Чего тебе спокойно-то не живется? Что, словами уже ничего решить нельзя?

– Говорю же, случайно получилось, - тяжело вздохнул я, следуя за тетей.

Она недоверчиво оглянулась на меня.

– Ну да, конечно! У тебя всегда «случайно». Когда в девятом классе ты подрался, у тебя тогда тоже все «случайно» было.

– Ну ты нашла, что вспомнить! – возмутился, садясь на стул и кладя локти на стол.

Встав у плиты, Света недобро зыркнула на меня.

– Да, нашла.

Чувствуется, продолжу спорить, то огребу по полной. Не желая больше развивать тему, попытался отвлечь негодующе пыхтящую Свету:

– А где Юлька?

– Во дворе носится.

– Странно, я не видел, - почесал я подбородок.

– Ага, много ты увидишь с одним глазом-то.

– Света!

– Что «Света»? – цыкнула тетя, ставя перед моим носом тарелку с горячим супом. – На вот, ешь! Руки мыл?

– Нет.

– Вижу, что даже не умывался. Уж побриться-то мог.