POV Артема.

Как же я ошибся в своем желании, когда хотел отвлечь свое внимание от безрадостных мыслей на что-либо другое!

Во-первых, не подумал о том, что заставить отвлечься могут не только хорошие вещи.

Во-вторых, в промежутках между «не только хорошими вещами» мысли все равно упорно возвращались к болезненной теме.

В-третьих, понял, что высшие силы ко мне не безразличны: столько раз за день, внимая моим пустым жалобам, что хуже быть не может, они ухитрялись опровергать их. В смысле, хуже быть может. Намного.

Хотя сначала утро обещало выдаться если не прекрасным, то вполне терпимым. По крайней мере, мне так казалось. Вообще спалось мне на удивление спокойно и хорошо. Бессонница не мучала, кошмары – тоже.

Снилось, будто я лежал на облаке. Мягком, большом, очень уютном и почему-то теплом. Оно безмятежно плыло по небу и своим полетом дарило необъяснимое чувство легкости и восторга.

Сверху, снизу, по бокам - рядом не спеша проплывали такие же облака. Различных форм, размеров и даже цветов, они действовали на меня успокаивающе.

Постепенно по округе распространился крайне приятный запах. Не понимая, откуда он исходит, я лишь глубоко вдыхал его, довольно щурясь и желая, чтобы это прекрасное сновидение не исчезало.

Однако реальность жестока: сквозь сон я вдруг четко ощутил, что у меня встал. Такие пироги. Сладкое сновидение, за которое я всеми силами отчаянно цеплялся, было упущено.

Но и это показалось мне ерундой. Подумав по-быстрому расправиться со своей утренней проблемой, я планировал еще поваляться в постели и подремать. Вот только не учел я одного. Не учел одного типа, в кровати которого я лежал и который никогда не вставал раньше меня. К великой досаде, вспомнить это удалось, только когда мне об этом беззастенчиво напомнили.

Что я, выпучив глаза, испытал в этот момент? Позор. Позор, позор и еще раз позор.

Убито пялясь на свое отражение в ванной комнате, с тоской подумал, что надпись на моем лбу истину глаголет.

Поубивавшись какое-то время, кинул смс Алине, в котором я спрашивал, не против ли одноклассница моей компании. К счастью, она была даже «за».

Вадим, говорить с которым мне хотелось меньше всего (после Славы), какого-то лешего продолжал усердно лезть ко мне, даже когда я пытался его демонстративно не замечать. Совру, если скажу, что это не действовало на нервы. Разве трудно понять, что не хочу я пересекаться с хозяином квартиры? Впрочем, ему было конкретно по барабану на мои «хотелки».

Но в какой-то момент он перегнул палку. Мало того, что ноги о мою спину вытирать вздумал, так еще Олега почем зря приписал. Это-то и стало последней каплей.

Да, я повысил голос и повел себя хамовато в какой-то степени, но в этом был виноват лишь Вадим. Сам же он, судя по всему, думал иначе.

Когда его рука легла на мое плечо, я подумал, что он мне треснет. К счастью, калечить меня не стали, хотя желание сделать это очень хорошо читалось в глазах напротив. Признаться честно, я здорово трухнул, когда меня прижали к стене. Да еще хватка у мужика стальная, - не вырваться. Или же просто я даже не пытался этого сделать?

В любом случае, мне стало не по себе, когда, близко наклонившись и смотря прямо в глаза, Вадим серьезным и не обещающим ничего хорошего голосом осведомил, что я малость зазнался. Даже когда он меня отпустил и скрылся с глаз, я еще несколько минут отходил от впечатления, ощущая, как по спине весело пробегает очередной табун мурашек.

Вместе с Алиной мне действительно стало несколько легче. Она, за что я был ей безумно благодарен, не навязывалась с неприятными вопросами и не лыбилась насмешливо, думая, что я не вижу.

Ближе к вечеру, правда, в душе стало нарастать неясное беспокойство и чувство, что кто-то сверлит во мне дыру взглядом, с каждой минутой становилось все ощутимее. Передергивая плечами, я пытался заглушить эти неприятные чувства, подшучивая с одноклассницей. Но когда я остался один, Алина уехала домой, не замечать это стало значительно сложнее.

Мечтая поскорей оказаться дома, в четырех стенах, где подобные ощущения должны были отпустить, с трудом сдерживался, чтобы не оглянуться. Пару раз это желание становилось очень сильным, мне стоило немало усилий продолжать пялиться под ноги. Почему-то казалось, что, поверни я голову, случилось бы что-то крайне неприятное. Поэтому, решив полностью довериться свой интуиции, только шаг ускорял.

Впрочем, беды избежать не удалось. Вероятно, именно она создала во мне беспричинное волнение. А может, и нет. Не знаю, не уверен.

Подняв глаза, чтобы проверить, сколько еще осталось идти, я, едва не споткнувшись, резко затормозил. Во все глаза уставившись на Олега, который шел мне навстречу, подумал, что попал.

Тоже увидев меня, Олег сначала слегка замешкался, а затем прибавил газу, в считанные секунды оказавшись возле меня. С тоской провожая взглядом прохожих, которые равнодушно обходили нас, с разочарованием подумал, что бежать поздно.