Малой кровью дело не обошлось: Света вцепилась в мое запястье и вышла следом за мной. Я заметно напрягся. Прикрыв на кухню дверь, чтобы любопытные мордашки не смотрели на кровопролитие, Светка наваляла мне по шее. Защищаться-то я защищался, но все равно приятного мало получать поучительные подзатыльники, когда тебе уже двадцать шесть лет. Сошлись на том, что я помою посуду и после этого вроде бы как буду прощен.

Потирая макушку и бурча себе под нос, гордо ушел в спальню. Прикрыл за собой дверь. Думаю, у меня есть хотя бы полчаса, чтобы зайти в игры, которых я так долго не видел.

Подойдя к компьютерному столу, только хотел приземлиться на стул, но резко остановился. Подумав, мизинцем снял со спинки стула белый бюстгальтер. Несколько минут с каменным лицом вглядывался в него. Осторожно переложил на кровать.

А кто-то еще говорил, что это я свое белье по всему дому разбрасываю. Вот чем эти «хозяюшки» от меня отличаются? Разве что одежды в разы больше. Вздохнув, сел за компьютер, надев наушники.

Только я успел втянуться в игру, начиная получать удовольствие, меня довольно настойчиво потрясли за плечо. Вроде бы кто-то что-то еще и сказал, но я не разобрал из-за тех же наушников. Отмахнулся. Сначала от меня отстали, но минут через пять снова вцепились в плечо. Раздраженно оглянувшись, увидел Юлю. Шуганул. Сестра, надувшись, ушла, оставив меня на долгое время одного. Но, видимо, дуться в сторонке ей надоело либо было скучно, потому что теперь с меня сняли наушники. Я нетерпеливо чертыхнулся.

– Юля, блин! Надень обратно, не видишь, я занят?

Сестра выполнять просьбу не спешила. Нахмурившись, обернулся. Милая, но совсем не детская улыбка заставила меня сглотнуть. Заглянуть в глаза тети я просто не решился, снова повернувшись к монитору.

– Эм, ты что-то хотела? – притих я, тихо щелкая компьютерной мышкой.

– Нет, что ты, Вадик! Что мне, бедной беременной женщине, нужно от тебя? Конечно, ничего. И обещание ты никакое не давал. Сиди, конечно. Я так пришла, пыль протереть, глаза тебе помозолить. Сиди, сиди, - если сначала голос Светы был более-менее спокойным и фальшиво миролюбивым, то под конец лед и угроза чувствовались весьма ощутимо.

Я поспешно встал. Неуверенно обернувшись, помялся, все-таки отобрал наушники. Убрал куда подальше. От греха подальше. Почесав щеку, последний раз виновато взглянул на Свету и торопливо вышел из спальни. Закрывая дверь, перевел дух. Дышать стало куда легче.

Вздохнув, обреченно подумал, что посуду все же придется вымыть, иначе Светиного гнева мне точно не избежать. Проходя мимо, кинул подозрительный взгляд на подростков. Алина кисло улыбнулась, заметив это. Недовольно прошел на кухню, понимая, что сидят пацан с сестрой на расстоянии, не улыбаются, не разговаривают и даже не смотрят друг на друга. И в последнее время они всегда стали так себя вести при мне. А ведь находясь по близости, например, за закрытой дверью, я слышал, как они радостно разговаривают и смеются. Думают, обхитрили.

Угрюмо скользнул взглядом по горе посуды, возвышающейся в раковине. За столом заметил Юльку, которая сильно ссутулилась и что-то старательно либо писала, либо рисовала. Заинтересовавшись, подошел поближе.

Мало ли, вдруг документы какие нашла и на обратной стороне теперь рисует. Нет, я как бы вообще не против этого, но, думаю, суровые люди меня не поймут.

– Что делаешь? – попытался заглянуть через плечо сестренки, но ее волосы все закрывали. – Не сутулься.

Юлька вскинула голову. Увидев меня, она с улыбкой ответила:

– Рисую. Вот, смотри!

Мне великодушно разрешили посмотреть на рисунок, который сунули под нос.

– Красивое платье? – посмотрела на меня Юля.

Сначала я недоверчиво вглядывался в рисунок, понимая, что платье, да, хоть кривое, но красивое, но вот так правдоподобно нарисовать женщину сестра никак не могла. Спохватившись, я вырвал из рук Юли ее «рисунок», поперхнувшись.

– Юля, блин, ты где журнал взяла?! Нашла где рисовать! – быстро скрутил журнал трубочкой, оглядываясь на дверь. – Надеюсь, Света не видела, на чем именно ты рисовала?

Сестра пожала плечами и, собрав фломастеры, ушла. Я же остался надеется, что Света ничего не видела. Подобные журналы она почему-то терпеть не могла и все порывалась выкинуть к чертям собачьим мою коллекцию.

Один раз, еще до ремонта уже захламленной квартиры, тетя случайно наткнулась на один из журналов. Пролистав его со скучающим видом, она положила его обратно. Осмыслив увиденное, пролистала еще раз, но уже более напряжено. В третий раз до нее точно дошло, что это далеко не кулинарный журнал (хотя откуда у меня вообще должен был взяться кулинарный журнал?).

Кинув им в меня, она возмущенно завопила:

– Это что такое?!

– Что? Где? – ответил я, настороженно поднимая брошенную вещь. – Журнал?

– Да, но какой это журнал?!

– Эм, ну… а ты внутрь смотрела?

– Смотрела!

– Значит, соврать про машинки не получится?

– Не получится!

Я вздохнул. Света, всплескивая руками, вспыльчиво повторила:

– Нет, ну ты объясни мне, вот что это такое?

– Жур…

– Не притворяйся дураком, вижу я, что это журнал, в нем-то что?