Прибыли гости не столь высоких рангов - представители городских администраций, да и просто "рядовые граждане", разумеется, тщательно проверенные и отобранные дворцовой охраной. Гвардейцы в вычурных мундирах и надраенных до блеска касках были только почетной стражей, призванной украсить церемонию. Настоящая охрана держалась вне поля зрения гостей и стереокамер и бдительно следила за всеми присутствующими, а сам трон и ведущие к нему ступени отгораживала от зала невидимая завеса силового поля, достаточно плотного, чтобы отразить выстрел из ручного излучателя. Торжественная церемония не должна быть омрачена попыткой покушения - благо, прецеденты имелись.

В сопровождении четырех гвардейцев, сияющих серебром и пурпуром даже ярче собственных собратьев, Дамира прошествовала сквозь зал. Двое солдат шагали впереди нее, двое держались позади. Дамира всем телом чувствовала на себе любопытные взгляды собравшихся - многие астренцы впервые видели ее воочию. Однако вокруг царила гробовая тишина, настолько глубокая, что любой шепоток, казалось, разнесется на весь зал, а тяжелые шаги гвардейских сапог отдавались громом. Дамира почти наяву слышала учащенный стук собственного сердца. Только когда она поставила ногу на первую ступень лестницы, ведущей к трону, из замаскированных динамиков грянула мелодия имперского гимна. Резкие, чеканные звуки раскатились по залу; отражаясь от сводчатого потолка, они делались четче и громче. Несомненно, так и было задумано - архитекторы, строившие Аметистовый Дворец, сполна отработали щедрую плату. Это производило должное впечатление - строгая и сильная мелодия гимна проникала в самую глубину души, неся в себе заряд нерушимой уверенности. Империя непобедима! Империя всевластна! Империя вечна, как сами звезды! Даже Дамира, как бы ни пыталась относиться ко всему, происходящему вокруг нее, с неизменной циничной иронией, не могла не признать: это произвело должный эффект. Где-то внутри родилось странное чувство и распространилось по всему телу, перехватывая дыхание. Пульс участился еще больше, и предательская слабость в коленях внезапно ушла, как будто ее никогда не было. В какой-то момент Дамира даже ощутила прилив истинной гордости оттого, что она - астренка и наследная принцесса Империи!

Цепляясь за эту решимость, Дамира поднялась по лестнице и остановилась возле трона. Гвардейцы остались у подножия. Наверху ее встретили двое. Префект Ланс Теллор, как глава дворцовой охраны, нес личную ответственность за церемонию. Вторым человеком был высокий и худой старик с пышной седой шевелюрой, густыми усами и благообразной белоснежной бородой. Впечатление несколько портил слишком длинный и острый нос. Аргус Норр был главой Совета Нобилей - старейшим и наиболее уважаемым среди астренских дворян. Именно ему предстояло вести церемонию.

Дамира развернулась к Норру, и они синхронно обменялись поклонами. Пока претендентка на престол не надела корону, она не стала Императрицей, и глава Совета был равен ей по положению - номинально, по крайней мере. Префект гвардии замер сбоку от трона, прижав кулак к груди в традиционном воинском приветствии.

Сверху Дамира могла видеть людей, собравшихся в зале. Их были сотни - живое море, слегка волнующееся в слепящем солнечном свете. Если кто-то и произносил какие-то слова, музыка заглушала их. Взгляд с трудом выхватывал в толпе отдельные лица, но тех, кто занимал особо отведенные почетные места, Дамира видела отчетливо. Это были наиболее знатные дворяне, а также послы, собравшиеся в отдельной ложе. Их было много - в Обжитом Космосе существовали десятки государств, хотя большинство владели от силы пятнадцатью-двадцатью звездными системами и парой планет терра-класса, а у многих не было и того. Но места впереди заняли, разумеется, представители наиболее могущественных держав. Дамира еще не общалась ни с кем из них - пока не минул кризис, чужаки предпочитали держаться в стороне от неурядиц внутри Астрены - но в лицо знала каждого.

Девин Кайл, посол Стигийской Унии, был очень высоким, но неестественно худым человеком средних лет. Из-за молочно-бледной кожи и голого черепа он неприятно напоминал иссохшую мумию. Стройная блондинка, стоявшая рядом с ним, напротив, смотрелась очень миловидно. Ее звали Синтия Гиллиан, и она представляла Торговую Лигу - третью по размерам после Астрены и Стигии державу Обжитого Космоса и, возможно, первую по богатству. Чуть в стороне стоял среднего роста, полный бородатый человек с редеющими темными волосами. Редайя Киррон был послом Ридианской Федерации, но его статус - как и статус правительства, которое он представлял при астренском дворе - был скорее пустой формальностью. Истинная власть в Ридиане принадлежала десятку могущественных аристократических кланов, поделивших Федерацию на зоны влияния и постоянно грызущихся между собой.

Формальностью был и статус Риза Хайделла, маллурианского посла. Как и в Ридиане, на Маллурии гражданское правительство не имело фактической власти и занималось исключительно рутинными текущими вопросами. Все важные решения принимали военные, так что подлинной представительницей Маллурии в Аметистовом Дворце следовало считать контр-адмирала Джалайну Наэли, которая, конечно, тоже была приглашена на торжественную церемонию. Но для Наэли не нашлось места в посольской ложе - все-таки, дипломатического статуса она не имела и была всего лишь наемницей на службе Империи.

Особняком от прочих держалась невысокая, изящного сложения женщина с иссиня-черными волосами, стянутыми в тугой пучок на затылке. Миори Линг была послом Ассамблеи Династий, хотя ее официальный статус казался довольно-таки двусмысленным. Союзный договор, заключенный между Теодорой Аргенис и Дарешем Каном после Войны Серебряных Звезд, подразумевал, что Великий Герцог, приняв во владение шесть доминионов, остается вассалом Императрицы и подчиняется Астрене. Однако расхождения между формальной и фактической стороной вопроса были слишком очевидны для всех. Императрица Теодора неохотно смирилась с присутствием посла Ассамблеи Династий, так же, как с образованием Нейтральной зоны и самой Ассамблеи. Она вынуждена была ограничиться тем, что вместо полноценного посольского статуса присвоила ему туманный ранг "официального представителя Великого Герцога северных Доминионов". Увы, все прекрасно понимали, как обстоят дела, так что над новоизобретенным званием долго зубоскалила большая часть Астрены.

Остальных послов Дамира еще не запомнила ни в лицо, ни по именам, да они, вместе взятые, не обладали и половиной того влияния, что представители крупных межзвездных держав - ну, или люди, которые стояли за этими пятерыми. По крайней мере, все они, даже Миори Линг, явились на церемонию, что означало признание за Дамирой права на трон. Это следовало считать обнадеживающей новостью.

Пока Дамира исподволь рассматривала послов, тщетно пытаясь прочесть что-то на их лицах, больше похожих на восковые маски, гимн доиграл до конца и смолк. Церемония продолжалась. Молодая женщина замерла, глядя в глаза Аргусу Норру. Тот выпрямился во весь свой внушительный рост, набрал воздух в легкие и звучным, превосходно поставленным голосом вопросил: