– Человек, охваченные гневом, не ищет ответы на вопросы. Он охвачен пылающим огнем. Все сходится.
– сказал Артур.

– Нет, не все. Причем здесь ответы на все вопросы? Гнев не дает никаких ответов.

– А что даёт?

– То, что ненавидели в Информационную эпоху и продолжают сейчас. Вера.

– Вера дает ответы на все вопросы. Но разве можно назвать ее паразитом?

– Что-то здесь, черт подери, не сходится.

– Осталось не больше тридцати секунд.

– А может это какая-то психическая болезнь? Безумие?
– предположил Макс.

– Опять же, безумие не дает ответов на все вопросы. Какая нечеткая формулировка вопроса, это может быть что угодно.

– Мне кажется, имеет смысл подумать над выражением "окруженное ложным ореолом искренности". Это значит, что "охваченный этой болезнью души" человек, думает, что он знает истину и готов пойти на насилие, чтобы навязать эту истину другим. Это какая-то вера во зло!

– Но нам нужно только одно слово.

– Гнев, вера, безумие, нужно сложить все это в одно. Черт, время почти вышло.

Все молчали. Вдруг вперед выдвинулась Амелия.

– Я хочу попробовать дать ответ.

Артур кивнул ей.

– КТО ЖЕ Я?

– Фанатизм.

Секундная тишина.

– Я - бич человечества. Антипод прогресса. Тысячу лет назад я погубил миллионы людей и обрек десятки миллионов на страдание. Я принимаю все новые формы, ослепляя людей, обращая их друг против друга. Я - слепая вера и я - фанатизм. Проход открыт.

Проекция подернулась и исчезла. Металлические створки с громким скрежетом разъехались в сторону, открывая длинный темный коридор, конца которому не было видно. Снова включив инфракрасное зрение, члены команды зашли внутрь здания.

Внешний шум приглушился, затихли порывы хлесткого ветра, гул приближающейся бури остался где-то снаружи. Кап-кап-кап-кап - где-то монотонно капала вода, отчитывая уходящие секунды. За исключением капели и осторожных человеческих шагов, во Дворце было тихо, как в склепе, и так же пахло сыростью и веяло прохладой. Везде валялось битое стекло, куски бетона и металлических креплений торчали из стен. В потолке в некоторых местах зияли дыры, сквозь которые можно было увидеть верхние этажи.

Вскоре коридор закончился просторным внутренним двором, от которого в разные стороны расходились другие ответвления и переходы. Справа располагались в ряд несколько десятков лифтов. Предполагалось, что они должны были стремительно двигаться вверх-вниз по специальным капсулам-коридорам, поднимая людей и груз на этажи, порой, обозначаемые трехзначными цифрами. Капсулы давно растрескались, да и верхние этажи сохранились не все.

Команда остановилась решая, куда идти дальше. Амелия засмотрелась на огромное полусохранившееся изображение на центральной стене. Центром объемной композиции стала все та же пробирка в векторе. Она лежала на круглом столе, за которым сидели какие-то громадные вытянутые фигуры в плащах и без лиц. Жутковатое изображение.

– Чем они занимались здесь?
– спросил Макс, тоже глядя на него.

– Здесь был центр научного сообщества в Информационную эпоху. Финансирование, новые исследования, внедрение технологий, инновационные разработки - все это происходило внутри стен этого "храма". Некоторые считают, что ученые того времени и создали то, что мы ищем. - сказал Артур.

– Нет, ученые того времени разрушили планету, уничтожили жизнь и обрекли нас на гибель. Это был Лин и другие, кто остались, чтобы исправить все то, что человечество натворило.
– сказала Амелия.

– Да, только неизвестно удалось им это или нет, Хоуп.
– внёс свою лепту Джон.

– Ладно, хватит болтать.
– ответил ему Артур. У нас осталось мало времени. Куда нам идти, Амелия?

– Сигнал прямо под нами, нужно отыскать путь вниз, в убежище.

– Рассредоточьтесь и ищите путь.
– все пошли в разном направлении. Через несколько минут Макс позвал их. Он обнаружил широкий полукруглый вход в южной части внутреннего двора. Вниз под углом в сорок градусов уходило несколько лестниц с металлическими ступенями. По обе стороны от них под тем же углом находились поручни из истёртой резины. Лестницы разделялись между собой портиками со странными столбцами с стеклянным завершением.

– Это же механически эскалатор.
– засмеялась Амелия.

– Спускаемся каждый по своему эскалатору. И, осторожней. Система показывает увеличение радиационного фона.

– Тогда, детки, самое время принять таблетки.
– сказал Джон и начал рыться в сумке в поисках комплекса необходимых минералов и кислот. Все приняли по несколько таблеток и начали спуск.

Сход по эскалаторам занял более получаса - казалось, не было конца и края этим бесконечным ступеням. Джон передвигался еле-еле -фобия давала о себе знать. Но, когда Артур и Амелия спрашивали, все ли с ним в порядке, он только ругался и советовал беспокоиться о себе. Наконец они достигли дна этого тоннеля и остановились в нерешительности, оказавшись на широкой площадке со множеством проходов - около двадцати, каждый похожий на другой как две капли воды.