Шрифт:
– Сейчас, Светочка… – пробормотал он. – Сейчас, Светуленька моя… Сейчас…
Других слов он не находил. И других мыслей – кроме одной. И другого желания – кроме одного. Эта мысль и это желание заставили его содрать со Светланы одежду, потом скинуть собственные штаны и, распластавшись на любимой женщине, судорожно ткнуться в самое главное, единственное во всем мире место, где ему стало бы хорошо; единственное, которое могло бы вернуть его к жизни, вылечить, снова сделать самим собой…
Но – дьявол! – не нашлось у нее самого главного.
Там, где всегда ощущалась манящая, лишающая самообладания неровность, теперь чувствовалась сплошная гладкость. Как у манекена… Нет, как тогда, на Незабудке, у Мариэль Коржовой…
Да что же это такое?! – потрясенно подумал он.
И это потрясение вернуло его к жизни, снова сделало самим собой, вылечило.
Всегда лечило присутствие, а теперь вылечило отсутствие. Конечно, это было совершенно неправильно, но даже эта неправильность показалась ему необходимой. Будто Светлана заранее знала, что так и случится, и заранее обрела между ног самую настоящую гладкость.
И тут Кирилла стошнило.
Он упал на колени, и его чистило и чистило, и крючило, и выпрямляло, и снова сгибало, и опять выворачивало наизнанку, и душа его постепенно делалась младенчески чиста, а сердце абсолютно пусто – словно вместе с содержимым желудка из него выходило все то, что помогло ему победить.
А потом Светочка начала испаряться.
Кирилл сел рядышком, достал измятую пачку «Галактических», выцыганил из нее уцелевшую сигарету и закурил, бездумно глядя, как уходит в никуда это любимое, это единственное в мире нужное ему тело. Чем бы оно ни являлось!
56
Тренировка завершилась.
Это стало ясно довольно скоро – как только Кирилл окончательно осознал себя находящимся на планете Сюрприз, с ним связался Самсонов.
– Полковник! Не знаю, что вы там совершили, но сканеры показывают, что энергетический объект, который защищали ксены, исчез.
Ну и что в этом удивительного? – хотел спросить Кирилл. Но не спросил.
Объект свою задачу выполнил, вот и исчез. Тренировка полковника Кентаринова закончена. Уж не знаю, к чему судьба готовит меня, но теперь, после гибели Светочки, мне по большему счету это до фомальгаута. Желает Единый, чтобы я стал диктатором, – стану. Желает, чтобы я завоевал Вселенную, – завоюю. Желает, чтобы человечество, продолжая экспансию, переселилось в Центр Галактики, – переселимся. Пересадим всех землян на транссистемники и стройными колоннами – на активный выхлоп! Мы сами с усами, и наш кол с бородой!
Тем более что теперь у нас тут и форпост имеется. Начнем новую экспансию!.. Что пожелает Единый, все сделаем! На то мы и человеки! Цари природы, так сказать! Вот только стоит ли наше царение гибели любимых нами людей?
– Ничего мы, господин контр-адмирал, не сотворили. Защитников его переколотили – только и всего!
– Что ж, поздравляю!
– Служу человечеству!
– Прекрасно служите, полковник! А теперь возвращайтесь на борт «Юрия Долгорукого». Будем решать, что предпринимать дальше. Мы переходим на более низкую орбиту.
Впрочем, Кирилл и без сообщения контр-адмирала знал, что объект исчез – ТА тревога, которую он постоянно ощущал, находясь на Сюрпризе, пропала. Напрочь!
Видимо, и вправду – самое время возвращаться на линкор. Думается, насущные задачи выполнены. А что произойдет дальше – посмотрим.
– Какие будут приказы, командир?
Кирилл обернулся.
Перед ним стоял Фарат Шакирянов.
На бывшем поле боя уже вовсю хлопотали медики. Естественно, не всех же их гости положили насмерть. Раненых вытащат…
– Вот что, Фарат… Надо создать новые похоронные команды. Трупы гостей-то улетучатся, а наших собрать надо. Не оставлять же здесь.
– Слушаюсь, господин полковник.
– Выясни, сколько народу погибло и сориентируйся. Для перевозки тел возьми атээски – сколько потребуется. Только знаешь… Дай сначала людям отдохнуть. Погибшие потерпят, а о живых думать надо.
«Что я говорю? – подумал он. – Фарат и так все знает… И похоронные бригады давно существуют… У меня крыша не в порядке?»
– Я понимаю, командир. – Шакирянов попереминался с ноги на ногу. – Где Светлана?
– Убили Светлану, Фарат. – Кирилл скрипнул зубами, поскольку опять накатило.
– Прими мои соболезнования.
– И ты… – Горло перехватило, и пришлось сглотнуть. – И ты прими мои.
– Да ладно! – У Фарата судорожно дернулось лицо. – Как будто ты не в теме, по кому на самом деле сохла Ксанка. Я был для нее всего лишь бесплатным приложением к постели. В которой она всегда мечтала только о тебе.