– Ты этому в Дурмстранге научилась? – не вытерпел он, хоть и понимал, что эту тему сейчас лучше не затрагивать.

– Этому заклятью меня научила мама, – не оборачиваясь, сказала Стелла. – У нее подруга была с проблемами, как у Гермионы.

– Понятно, – буркнул Гарри, чтобы не молчать.

Стелла остановилась и резко повернулась к нему.

– Слушай, я знаю, где кабинет МакГонагалл. Если тебя пугает или смущает то, что я неплохо владею Темной магией, лучше отправляйся куда-нибудь еще! Я не собираюсь ни под кого подстраиваться, и мне глубоко плевать на гриффиндорские стереотипы! И – да, мой отец знал о моих талантах!

Гарри поймал себя на мысли, что его не пугает и не смущает то, что Стелла разбирается в Темной магии. Почему-то он вообще не ощущал никаких эмоций по этому поводу. Наверно, он должен прийти в ужас, но Гарри не верилось, что Стелла стала бы использовать Темную магию во зло.

– Я провожу тебя, – сказал он.

Стелла несколько секунд испытующе смотрела на него, затем медленно повернулась и зашагала дальше. Гарри последовал за ней. Он мог поклясться, что заметил проскользнувшую на ее лице улыбку.

========== 12. Приказ Темного Лорда ==========

Гермиона пришла в себя, но не решалась открыть глаза. Что же случилось? Последнее, что она помнила – это охватившее ее пламя. Но что было потом? Гермиона плотнее зажмурилась, запрещая себе даже думать об этом. Если произошло непоправимое, то она не хочет об этом помнить.

– Но… как же? – раздался рядом голос профессора МакГонагалл.

Гермиона похолодела. Наверняка случилось ужасное.

– Мы предполагаем, что старая леди Морроу зачем-то обставила все именно таким образом, – произнес Дамблдор. – Настоящие документы находились у родителей… у приемных родителей…

– Магловских, – вставил Северус.

– … Гермионы, – Дамблдор проигнорировал его. – Но мы все узнали о них только этим летом. После смерти Грейнджеров, как ты понимаешь.

Гермиона нахмурилась. Они рассказывают правду МакГонагалл? Интересно, добрый это знак или плохой?

– Мы решили, что скрывать от тебя правду бессмысленно, Минерва, – добавил директор.

– Вы решили, профессор, – поправил Снейп убийственным тоном.

Вот тут Гермиона наконец набралась решимости и открыла глаза. Она лежала на койке в больничном крыле. Первыми словами Снейпа были:

– Уверен, теперь вы уяснили для себя важность окклюменции, и впредь будете прилагать больше усилий на занятиях.

Гермиона ошеломленно уставилась на него. Это все, что он посчитал нужным сказать в такой момент?!

– Северус! – возмущенно воскликнула МакГонагалл и подступила ближе к Гермионе. – Хвала Мерлину, вы пришли в себя. Мы уж боялись, что мисс Блэк что-то напутала с заклятьем.

– С каким заклятьем? – Гермиона приподнялась на локте, чувствуя слабость во всем теле.

– Мисс Блэк пришлось воспользоваться Темной магией, – спокойно уведомил профессор Дамблдор. – Досадно, конечно, но благодаря ее рискованному шагу все обошлось.

– Обошлось? – Гермиона с облегчением рухнула обратно на подушку.

– В следующий раз мисс Блэк может не оказаться поблизости! – раздраженно сказал Снейп. – И, да будет вам известно, ваша подруга рисковала в первую очередь своей жизнью.

– Однако все остались живы и здоровы, Северус, – вмешалась МакГонагалл. – Зачем обрисовывать тут картину того, чего не случилось?

Снейп сузил черные глаза и ледяным тоном отчеканил:

– Думаю, я смогу сам разобраться со своей дочерью, профессор. Спасибо за заботу. Я уверен, что ей не хочется быть причиной гибели ее подруги, – он впился взглядом в Гермиону. – Во избежание подобных последствий следует не забывать об их потенциальной возможности.

Гермиона испытывала смесь жгучего стыда за содеянное и злости на бесчувственного зельевара. Она опустила глаза, больше всего на свете желая, чтобы он сейчас оставил ее в покое. В помещении воцарилось молчание: все словно ждали от нее каких-то слов.

– Я очень постараюсь научиться окклюменции, сэр, – произнесла Гермиона, хотя по-прежнему не верила, что хоть на что-то способна в ментальной магии.

Дамблдор и МакГонагалл повернулись к Снейпу.

– Что-то по вашему тону… – начал тот.

– Ради всего святого, Северус! – опять не сдержалась МакГонагалл. – Ребенок плохо себя чувствует! Сейчас не время для воспитательных бесед. Не будьте же вы таким бессердечным!

– Давайте продолжим ссориться за дверью? – предложил Дамблдор.

Снейп оказался в меньшинстве. Он метнул на Гермиону взгляд, обещающий все муки ада, и направился к двери. Черная мантия развевалась у него за спиной, словно крылья зловещей птицы. Он громко хлопнул дверью, и Гермиона решила, что ей не поздоровится на следующем занятии окклюменцией.