– Хорошо, - его глаза как-то странно и бегло пробежались по комнате, но он быстро развернулся к своим мониторам.
– Тебе тоже приятного дня.

Она не ответила, так как уже направлялась к выходу, полностью погруженная в свои мысли. Поэтому и не ощутила в словах друга ни намека на обиду.

***

Отделение банка “Инвестмент Изи”, в котором Бол перепрятал коробку Хока, находилось в самом центре города, поэтому было переполнено. Банк принадлежал одной из человеческих корпораций и еще не набрал широкую популярность среди галактического сообщества, так что инопланетян тут наблюдалось очень мало. Несмотря на то, что к мысли “мы не одни во Вселенной” за 20 лет уже все давно привыкли, население Земли в силу своей долгой изоляции от остальных рас еще не совсем свыклось с тем, что пришельцы могли выбрать планету Земля в качестве своего постоянного места пребывания.

В Лондоне инопланетян можно было встретить то тут, то там, но все же по сравнению, к примеру, с Элизиумом или Уджоном, в городе их было чертовски мало. Не сказать, что Хейс это не устраивало. При всей необходимой толерантности в общении с иными расами, она не могла похвастаться полной к ним терпимостью. Как-никак постулаты “Цербера” не были ей чужды.

Но и фанатики “Терра Фирмы”, попадающиеся на пути с голографическими плакатами, на которых красным жирным шрифтом был нарисован призыв гнать в шею всех, кто отличался от человека, вызывали в девушке лишь презрительную насмешку. Неужели эти идиоты полагали, что своими плакатами смогут чего-либо добиться?

Чтобы забрать коробку Хока, девушке не потребовалось так уж много усилий: всего лишь внешний вид уважаемой дамы, поддельные документы и час-пик - и дело сделано. Коробка была у неё в руках уже через два часа, и Криз, бережно засунув таинственный ящик Пандоры в сумку, решила найти себе тихое и безопасное место, чтобы самой убедиться, насколько этот неожиданный подарок из прошлого соответствует данному ему названию.

Она путала свой след полчаса, потом сняла номер в придорожном отеле и, быстро перекусив, сразу же приступила к делу.

Коробка была размером с локоть, металлическая, кажется, из какого-то сплава. Выполнена вполне обычно: такие часто использовались для хранения важных вещей дома, чтобы не прибегать к услугам платных хранилищ. Вскрытию она не поддавалась, теоретически, так как была снабжена функцией намеренной порчи внутреннего содержимого с помощью несмываемой краски, на случай хранения ценных бумаг, и электрического импульса, выводящего из строя электронные приборы, носители и карты, на случай их нахождения. Разумеется, когда есть стена, всегда кто-то умный мог выломать в ней окно. Но времени, чтобы искать специалиста по “выламыванию окон”, у Хейс не было. Да и желания тоже. Если Хок дал ей карту-ключ, значит, он подразумевал, что она сможет подобрать пароль. Теоретически.

Попыток было три. Небольшой сенсорный монитор, почуяв легкое прикосновение тонких пальцев, сразу же оповестил об этом простом факте.

Девушка задумалась. Она должна была знать пароль. Мыслями пришлось вернуться в 22 ноября 2175 года. Тогда, когда Хок обманом сбежал от неё и направился к своему другу.

Решившись, она ввела слово “эпсилон”. Увы, пароль оказался неправильным. И действительно: с чего бы Хоку делать слово “эпсилон” своим паролем, если оно вызывало в его душе негативную окраску?

Хейс вздохнула и быстро ввела другое: “Хезер”. К её удивлению и ломке всех стереотипов, пароль подошел. Очевидно, Хок, придумывая пароль, не смог отделаться от искушения незадачливых шпионов использовать при умственной генерации пароля имена близких им людей. Или он намеренно сделал его легким, чтобы она могла догадаться.

Открыв ящик, Криз принялась с легким волнением осматривать содержимое. Сначала ей попались какие-то карты памяти, одна из них с пометкой “Бета”. Потом она нашла небольшую мягкую шкатулку, похожую на ту, в которой хранили ювелирные украшения, и Хейс даже с ужасом подумала, уж не рухнул ли с дуба Хок, собравшись посмертно сделать ей подарок. Но нет, внутри находилось нечто странное: два шприца с прозрачной жидкостью и маленький чип. Разобраться, что это, Хейс так и не смогла, сколько ни разглядывала. Убрав шкатулку, она глубоко вздохнула, поскольку узнала следующую вещь.

Это был грейбокс.*** По виду стандартный, от производителя “Синтетик Инсайтс”. Вещь довольно полезная, но только не для Криз, чья память и без имплантации стала эйдетической. Спасибо Хоку*.

Хейс как-то потратила несколько дней еще в начале работы на “Цербер”, чтобы выяснить, что за чудо-средство использовал Хок. И кое-что нарыла: несколько лет назад некто инкогнито пытался продать производителю “серых ящиков” химический препарат, который заменил бы основной товар, но оставил бы главную функцию - улучшение памяти. Наверное, Хоку просто нужны были деньги в тот момент. Однако компания отказала, так как лабораторные испытания образца продемонстрировали, что он действует на различные организмы совершенно непредсказуемо: кому-то открывает доступ к преимуществу эйдетической памяти, как случилось с Криз, кому-то просто щекочет нервы, кому-то помогает резко поумнеть и решить мучавшие их проблемы, как произошло с Болом и его “Кроатоном”. Но эффективность была слишком мала, так что компания предпочла не рисковать. Однако спустя какое-то время на черном рынке появился новый вид наркотика под названием “Прояснитель-Х8”, который дарил всем непередаваемое чувство блаженства, а потом на короткое время превращал в Энштейнов. Хейс готова была биться об заклад, что руку к этому приложила сама компания, решившая заработать на стороне.

Итак, серый ящик. Официально запрещенное Альянсом устройство в 2175 году после какого-то инцидента. И теперь это небольшое устройство, уже встроенное в специальный считыватель для удобства, перед Хестром Криз.

А она до сих пор не была уверена, что хочет заглянуть внутрь. Однажды секретные данные уже стали причиной гибели её друзей. Или это её одержимое упрямство стало причиной их гибели?

Поколебавшись еще несколько минут, она наконец активировала устройство, вызвав небольшую голографическую проекцию.