Кара поспешила вернуться в Кэр-Параваль. Первыми она встретила Люси и Питера, им и рассказала обо всем, что с ней произошло. Те обменялись испуганными взглядами. Было решено немедленно отправиться туда и все осмотреть. Когда взору государя предстало логово в темницах замка, он заметно помрачнел, однако ничего не сказал.

– Это была ведьма, - уверенно заявила Люси, выслушав подробное описание той твари. Кара распахнула глаза. Этих мерзопакостных созданий в Нарнии зовут ведьмами?! Королева почувствовала себя оскорбленной. Понятно теперь, почему местные с таким предубеждением отнеслись к ней. У них были на то веские причины. – Они часто якшаются с оборотнями.

– Разве вы не истребили слуг Колдуньи давным-давно? – спросила Кара растерянно. Питер подцепил сапогом вмерзшую в пол косточку.

– Остатки забились в вонючие дыры, которые даже нам неизвестны. Искоренить их полностью не представляется возможным.

– Но почему тогда эти прятались здесь? Надеялись, что во второй раз мы сюда не нагрянем? Это хитро, но ненадежно, – заметила Люси, осматриваясь. – Хотя прятались они ловко, раз никто их не замечал.

– У них была другая цель, - Питер не сводил глаз с постамента, излучающего смертельный холод. У государя явно были какие-то догадки, которыми он пока не поделился. Кара повела друзей по пути, которым ушла тварь. «Эту гонку ведьм запомнят надолго!» - замечала Люси, добавляя, что подруга – весьма грозная противница. Оборотень доказал это на собственном примере. Кара смущенно прятала глаза. В том, чтобы выпить чью-то силу досуха, она не видела ничего доблестного, потому и не пользовалась своим даром во вред. Лишь в исключительных случаях ее противники узнавали непогасимую жадность ведьмы, и то было последним, что они чувствовали.

– Вот это место, - девушка показала рукой направление, в котором скрылась беглянка. – Я смогла бы ее поймать, но шагнуть дальше мне почему-то не дали.

– Благодари Аслана, что лес тебя остановил, - произнесла Люси, заметно побледнев. – Это наша граница, а за ней лежат земли Эттинсмура, земли великанов. Кабы ты встретила одного из них на их территории… Ничто бы тебя не спасло.

– Неужели они настолько сильны? – Кара поежилась. Ощущение того, что она дважды обманула смерть, крепло с каждой минутой. Не будь положение дел серьезным, Питер не был бы столь хмур и молчалив. Он явно о чем-то напряженно раздумывал. Ответить ей так никто и не удосужился.

– Питер, - тихо окликнула брата Люси. Тот медленно обернулся, готовый выслушать. – Мы же… Мы ведь не нарушали границу, верно? Это сделала ведьма, которую мы и преследовали.

– Вряд ли это удастся объяснить, - произнес Верховный король. – Ведьма родом из Нарнии, о нашей давней вражде никто и слышать не захочет. Особенно когда Теребинтия шепчет Эттинсмуру на ухо о наших коварных планах. Уж королю Освальду есть о чем рассказать.

– Может, они не видели эту ведьму? Не заметили ее? – с надеждой предположила Люси.

– Не думаю, - возразила Кара. – Стоило ей скрыться, как раздался звериный вой…

– Значит, заметили. Не сомневался в этом, - Питер устремил тяжелый, обеспокоенный взгляд к горизонту. Там виднелись окутанные облаками снежные пики, пронзающие небеса. Люси посмотрела туда же, на таинственный и неизведанный север, и поежилась. Ей было очень не по себе, несмотря на всю храбрость и отвагу.

– И что теперь? – спросила она, не отводя от далеких гор глаз.

– Будем ждать новостей, - туманно сказал государь. Они вернулись в Кэр-Параваль, каждый думая о своем. Кара пыталась критично оценить, сумеет ли король Освальд склонить великанов к войне. Выводы напрашивались неутешительные – с его-то настойчивостью и подвешенным языком правду можно извратить до безобразия. Пара недель прошла без происшествий, хотя томительное ожидание висело в воздухе. Знающие об угрозе чувствовали ее прилипчивый, неприятный запах, чекочущий ноздри. Пока не было явных причин для волнения, но королева видела – братья готовятся к самому худшему, не привлекая к своим действиям большого внимания. Под руководством Ореиуса шла полная перегруппировка войск и перевод их ближе к северной границе с Эттинсмуром. Это старались делать тайно, чтобы и население не всполошить, и великанов не спровоцировать, ведь они до сих пор молчали. Кара то и дело ловила тревожный взгляд Арханны. Верховная королева поддерживала с Орландией крепкую связь с того момента, как Тельмар пленили Питера. Тогда она заручилась помощью короля Лума на случай, если придется воевать на западе. Дальновидный и решительный шаг – происхождение Арханны, бывшее темой споров и пересудов, неожиданно сыграло на руку нарнийцам. Возможно, враги тоже испугаются мощного союза двух держав и не станут развязывать конфликт?

Надежды отчасти оправдались. Вместо того, чтобы напасть сразу, из далеких северных земель пришло письмо. Его принес поистине гигантский беркут, вспугнувший всех почтальонов на Птичьей башне. Он недружелюбно щурил желтые глаза и клацал когтями, пока Кара отвязывала послание, и издал грозный клекот, когда королева скрылась на лестнице. То было приглашение на переговоры, которые, как все надеялись, закончатся миром. Питер решил ехать лично – никого с собой не взял, даже вызвавшуюся Люси. Сьюзен и предлагать себя в попутчицы не стала. Заметно было, что великаны и вражда с ними ее очень пугают. Вряд ли королева сможет проявить достаточную твердость и принципиальность, желая достичь мира. Эдмунд спросил, нужна ли его помощь, но чисто для проформы. После недавних событий и давних проблем с Теребинтией путь на север был ему заказан. Все старались верить в лучшее, но сам факт того, что встреча назначена на границе и послы не приехали в Кэр-Параваль, особых надежд сведущие не питали. Так что Питер с родней прощался, не зная, скоро ли их увидит.

Это Рождество столица справила без своего государя, не менее пышно и весело, как в прежние года, но с неизменной оглядкой на север и ожиданием новостей. Одна тысяча четырнадцатый год от создания Нарнии наступил в недобрый час. Суэр-Гуин также прошел в подвешенном состоянии. Жители не знали, к чему готовиться, к войне или же к миру. Множились слухи и ложные вести. Их тут же опровергали, ожидая посланий из официальных источников. Неопределенность выматывала всем нервы. Франческа так и наседала на Арханну, спрашивая об отце, а та отвечала пространно, боясь сглазить и навлечь на мужа беду. Повторять участь Кары ей совсем не хотелось. Посовещавшись со Сьюзен и Люси, она послала в Орландию гонца. Ее мучил вопрос, если судьба будет немилосердна и разразится война, поддержит ли их король Лум или же останется в стороне? Это было вполне вероятно, ибо никто не хочет ссориться с великанами. В качестве ответа владыка Орландии прислал принца Корина, дабы тот лично следил за развитием ситуации. Не было лучшей демонстрации крепкого союза, что объединял две страны, и Арханна надеялась, что великаны устрашатся и не рискнут воевать.

Увы, ближе к весне пришли печальные вести. Переговоры, и так длившиеся долго, закончились ничем. Питеру не удалось договориться с соседями, бывшими на стороне Джадис и теперь подстрекаемыми Теребинтией. Давняя вражда достигла своего апогея, и север вскоре содрогнется от звона мечей и пения боевых рогов. Эта новость вызвала у Арханны судорожный вздох. Никогда она так не переживала за Питера и его жизнь! Кажется, совсем недавно он вернулся из плена Тельмар живым, хотя прошел почти год, и снова зов войны забрал его из родного дома, оторвал от семейного очага. Пусть судьба и в этот раз будет великодушна и позволит ему вернуться невредимым – хоть с победой, хоть с поражением, только целым! С первым Арханна его поздравит, со вторым поможет справиться. Нет в мире ничего, что они не могли бы одолеть вдвоем, только смерть этой силе неподвластна.