— Я думал, что мы сумеем починить мост в прошлом году, — продолжил Амброс напряжённым, тихим голосом, — но Её Имперское Величество снова повысила налоги, чтобы покрыть затраты из-за военных действий на границе с Лайраном. И снова, можно было либо починить мост, либо отправить тебе то, что было наказано отправлять. Наши обязательства перед тобой имеют приоритет.

— А что налоги? — потребовала Сэндри дрожащим голосом. — Ты их выплатил.

Амброс выглядел удивлённым тем, что ей приходится такое спрашивать.

— Налоги надо платить. В прошлом году я обратился к ростовщику. В этом году, если будет на то воля богов, я смогу выплатить ссуду, если повышу налоги на мельницы и шерсть для подданных.

Сэндри наклонилась ближе к нему:

— Тебе надо было сообщить мне, — с чувством произнесла она. — А не полагаться на то, что я вычислю всё по твоим счетам.

Она ощутила, что краснеет от стыда.

— Тебе следовало изложить проблему прямо! У меня более чем достаточно денег на мои нужды. Я могла бы отказаться от получения выплат в оба года, и даже не заметила бы!

Медленно, будто боясь разгневать её, Амброс сказал:

— Твоя мать, Клэйхэйм Амилиан, выразила свои желания совершенно ясно. Эти деньги всегда должны идти клэйхэйм, хороший выдался год или нет. И я не знал тебя достаточно, чтобы спрашивать. Я всё ещё не знаю тебя достаточно хорошо.

И он добавил, ещё тише:

— Кузина Сэндри, наказанием для управляющего, который недоплачивает своему господину — или госпоже — является отрубание вороватой руки. Кроме того, я потеряю земли, которыми владею сам. Я и моя семья останемся без единого гроша.

— Я бы никогда не стала настаивать на таком! — воскликнула Сэндри.

Даджа бросила взгляд на придворных. Если они и услышали, то даже не повернулись в сёдлах.

Амброс устало потёр голову:

— Клэйхэйм…

— Сэндри! — отрезала она.

Твёрдо глядя ей в глаза, Амброс сказал:

— Клэйхэйм, имперские шпионы повсюду. Имперские суды весьма рады рассматривать подобные дела самостоятельно, особенно если есть вероятность того, что они смогут конфисковать земли для короны. Именно так Её Имперское Величество и раздаёт титулы и доход своим фаворитам.

Набрав в грудь воздуха, чтобы спорить дальше, Сэндри передумала, и выдохнула.

— Давай просто поедем дальше, — сказала она, чувствуя себя усталой до мозга костей. «Надо было быть внимательнее. Надо было ещё несколько лет назад это исправить. Спасибо, Мама. Ты нас обеих опозорила. А я — опозорила себя».

— Завтра, если это не опасно, Амброс? Пожалуйста, безотлагательно начни ремонт моста. Выплати ростовщикам всё, что должен. Не посылай мне ничего следующие три года. Я оформлю это письменно и заверю.

На этот раз она поехала впереди по грязной тропе к броду, выйдя из-под щита Трис и намокнув. Браяр развернулся. Как только он поднёс два пальца к губам, Трис заткнула уши. Жэгорз и Даджа взвизгнули от боли, когда Браяр издал пронзительный свист, которым он раньше подзывал пса, жившего в Спиральном Круге. Придворные это услышали, повернули коней и пустили их рысью обратно к основной группе, а охрана поехала следом.

Пока Даджа костерила его на языке Торговцев, Браяр широко улыбнулся Трис:

— Ты не забыла. Как мило.

Она пожала плечами:

— Этот звук я едва ли забуду. Кроме того, именно так я и подзывала Медвежонка, когда мы с ним путешествовали вместе.

Она занялась заталкиванием своей книги в перемётную суму, чтобы ему не было видно её лицо.

— Это не давало мне тебя забыть, пока я странствовала.

Браяр подъехал, чтобы ткнуть её локтем:

— Ты просто напоминала себе, как тебе было тихо, когда я тебя не достаю, — сказал он, шутя, хотя на самом деле был тронут. — Тебе меня не одурачить.

Она на самом деле осклабилась в ответ.

Со временем они пересекли брод и вернулись на дорогу по другую сторону от опасного моста. Пятнадцать минут спустя они перевалили за небольшую возвышенность и обнаружили внизу приличных размеров деревню по обе стороны от дороги. В ней была мельница, постоялый двор, кузница, пекарня и храм, не считая домов на почти пятьсот семей — большое поселение, для деревни. На дальней стороне деревни и реки, вращавшей колёса мельницы, возвышался холм, на котором стоял замок. Отсюда им была видна внешняя, наружная стена, выстроенная из гранитных блоков. За стеной виднелись четыре башни и верхняя часть соединявшей их стены.