– Боже милосердный! – выдохнул Сомовский, роняя на ходу инфракрасную камеру.

«Охотники» заметались по погребу в попытке убежать. Паника завладела даже невозмутимым Баркасовым. На бегу Бежих столкнулся с Лёшкой, и они оба повалились на пол. Чёрт хохотал и сбрасывал с полок банки. Они разбивались в дребезги, наполняя погреб грохотом. На силу «охотники» выцарапались из подвала наверх. Спотыкаясь на ходу, выскочили на улицу и уехали подальше на своей «Газели».

Почему же они так испугались того, что искали? Не подумайте, что это были новички, или профаны. Их уже неоднократно вызывали в разные дома, что бы поймать привидение. Но каждый раз «охотникам» приходилось просто разоблачать фальшивку. В одном доме оказалось слишком много мышей. Грызуны бегали и шуршали в стенах, заставив не больно храбрых хозяев уверовать в несуществующего призрака. В другом – водопровод выходил в бурную речку. Из-за сильного течения трубы тряслись и громко гудели. А хозяева подумали, что это – привидение не даёт им спать. В третьем доме будильник, звоня по утрам, создавал настолько сильный резонанс, что от него дрожала вся спальня. А в четвёртом доме – и того проще. Обделённый в завещании наследник хотел заграбастать себе всё имущество, распугав своих наивных родственников. Так и вышло, что «охотники», чьей работой было вылавливать порождения эктоплазмы, за всю свою «карьеру» так и не видели ни одного настоящего призрака.

Как только «охотники» сбежали, в подвале появился человек. Одет он был ярко, вызывающе: в цветастую «гавайскую» рубашку и в белые брюки. В правой руке человек держал фонарик.

– Вот так надо пугать, салага, – довольно ухмыльнулся он.

«Салага» – человечек в запачканной тельняшке, подняв с пола простыню, хихикнул.

– Да уж, кричали громко и бежали быстро, – ответил он. – Вы, вообще, суперски пугаете.

– А вот эту дверь надо бы заделать, – кивнул «призрак» на деревянную дверцу в глубине подвала.

– А как же я пройду-то? – опешил человечек в тельняшке.

– А тебе совсем не нужно туда проходить, – фыркнул «призрак».

– Ну, ты же обещал... – заныл обладатель простыни.

– Так, цыц! – отрезал «призрак» (или чёрт?) и поднял разбитый детектор эктоплазмы. – Любопытный прибор... – пробормотал он сам с собой, а человечку сказал:

– И завтра ты, как штык, с кирпичами и цементом, с утра явился! Понял?

– Ну, почему я должен всегда всё делать? – возмутился человечек в тельняшке.

– По кочану! – отрезал цветастый «призрак», разглядывая остатки детектора.

– Угу, – хмуро хмыкнул человечек, переминая простыню ручками, – Хорошо.

– Тебе полезно работать, – заметил «призрак», покосившись одним глазом на своего визави. – Во, какое пузо отрастил. Хуже свиньи...

– Ну, вы уж полегче, – буркнул тот, глянув на своё брюшко. – Это не пузо, а животик. Животик у всех есть!

– Животик! – недовольно поморщился «призрак». – Если я сказал: завтра, с цементом, – значит выполняй, понял? Вопросы есть?

– Не хочу!..

– Вопросов нет, – отрезал «призрак» и удалился.

====== Глава 10. Исчезновение Вовки. ======

Как вы уже знаете, на месте «находки для шпионов», злополучной «Наташеньки», теперь была 21-ая воинская часть, простая и обыкновенная, безо всяких дурацких секретов. Каждый день по её территории маршировали загремевшие в армию мальчишки, а строгие сержанты отдавали им разные приказы. Иногда солдаты приходили в Лягуши за молоком и маслом. А, приходя, рассказывали разные байки. Страшилки в основном. Чаще всего о том, как видели, что из комендатуры по ночам вылазят лешие и черти, идут в сторону деревни, и затемно, до рассвета, возвращаются назад.

А накануне в части случилась беда. Однажды ночью из третьей казармы невесть куда пропал один солдатик. Вечером бедняга лёг спать, а утром его кровать нашли пустой. Командование части уже проводило расследование, пытаясь выяснить причину таинственного исчезновения рядового, но всё – напрасно, козлу под хвост. Единственной рабочей версией было, как всегда, «Дезертировал», но и её быстро отмели. На дворе уже стоял октябрь. Дни ещё были тёплые, но по ночам случались и заморозки. А рядовой не взял с собой даже носки. Вся его одежда осталась на месте. И документы – тоже. Шутка ли – в середине осени дезертировать из армии в одних трусах?

Вообще, третья казарма всегда пользовалась недоброй славой. Даже раньше, ещё до пропажи того горемыки, солдаты боялись в ней спать. Каждую ночь из-под пола слышались стуки и скрежет. Часто видели, как в темноте по казарме шныряют какие-то карлики, а то и вовсе – зубастые монстры. По словам её обитателей, они вылезают откуда-то из-под вешалок для одежды и бесшумно ходят из стороны в сторону, а то и выходят на улицу. А раз вообще странная история приключилась. Среди ночи одному рядовому свет включить приспичило. И увидел он «ничью тень, которая сама ходила», а потом «сбежала в щёлку под дверью». Это же надо было ещё такое придумать! Просто, когда в телепрограмме, под названием кинофильма, стоит «ХХХ», то бишь, запрещено смотреть до двадцати одного года, не нужно его включать, если тебе всего семнадцать. На психику плохо влияет.

В третьей казарме ночные гости появлялись даже чаще, чем в комендатуре. Солдаты жаловались командующему, но это всё равно, что жаловаться на чёрта в милицию. После очередной такой жалобы подполковник Окунев отправил на гауптвахту целую роту.

Но после того как произошло ЧП, Окунев закрыл злополучную казарму на большой замок и запретил кому-либо под каким-либо предлогом заходить внутрь. Обитателей её распределили по двум другим. Спать им пришлось, на чём придётся: от жёстких, неудобных топчанов с заусеницами и скабками, до спальных мешков прямо на полу.