Кого ещё видели? Да много их входило, выходило… Только Анны Лютченко среди них не было.

Как-то странно всё получается. Прозевать Анну впятером просто невозможно – кто-нибудь бы и заметил. И тогда Серёгин предположил, что за Анну в её квартиру мог прийти кто-то другой – например, подружка – и забрать её вещи. Лютченко дала ей ключи, она зашла и – забрала…

Рассуждения Петра Ивановича оборвала и рассеяла весёлая песенка, которую спел ему его мобильный. Серёгин вынырнул из «тонкого» мира гипотез, вернулся на прагматичную Землю и взял трубку.

– Алё? – спросил он.

Звонили из психбольницы, а то, что сообщили – едва не свалило Серёгина в глубочайший из обмороков. Пётр Иванович даже зашатался на ногах – это даже Сидоров заметил и подставил стул, чтобы он сел. Даже Подклюймуха прекратил ворчать на своих прошляпивших дружинников и воззрился на плюхнувшегося на стул Серёгина.

– Саня, погнали в дурку… – это всё, что смог выдавить ошарашенный полученным оттуда сообщением Пётр Иванович.

====== Глава 117. Тупик для “врача-оккультиста”. ======

Пётр Иванович и Сидоров примчались в психбольницу со скоростью настоящего торнадо – Серёгин даже мигалку прилепил на крышу «Самары» и подключил орущую сирену, чтобы без проблем проезжать на красный свет.

В коридоре их встретил взъерошенный Никольцев и сразу повёл на второй этаж, где была палата Шубина – Свиреева. Серёгин не шёл, а скакал через две ступеньки, Сидоров делал огромные шаги и перелазил сразу через три. «Начальник охраны» Шубина лейтенант Никольцев едва поспевал за ними. А там, на втором этаже Серёгина и Сидорова ждал настоящий «гризайль ».

Борисюк и Соколов сидели на полу, привалившись к бледно-зелёной стенке, и спали рядышком, словно две горлинки. Около них в полном замешательстве топтались уборщица, сестра-хозяйка и врач Иван Давыдович. Дверь палаты Шубина была распахнута. Серёгин подполз к этой двери на тяжелеющих ногах и заглянул за неё. В палате всё было нормально: чисто, ничего не раскидано, не украдено, не поломано… Всё было нормально – только Шубин – Свиреев куда-то «испарился».

– Никак не можем их растолкать, – подала голос сестра-хозяйка, кивнув на спящих Соколова и Борисюка. – С этими друзьями всегда истории случаются: то шишки набивают друг другу, то, вот ещё…

– Ыгы, – пробормотал Серёгин и сделал шаг в злополучную палату, проглотившую Свиреева – Шубина.

За ним «крёстным ходом» последовали Сидоров, врач Иван Давыдович, лейтенант Никольцев и сестра-хозяйка. Уборщица же не пожелала входить в «мистическое обиталище» и осталась в безопасном коридоре.

Пётр Иванович тщательно обследовал пол, кровать и табурет около кровати, пытаясь найти хоть что-нибудь мало-мальски подозрительное и указывающее на то, что могло здесь произойти. Ничего подозрительно, всё обычное.

– Где Лисичкин? – осведомился Серёгин у ютящегося в углу врача Ивана Давыдовича.

– Да, вот, – пробормотал тот, переступив с одной ноги на другую. – У этого, из шахты, как раз и был сеанс с вашим Лисичкиным. А потом вдруг лейтенант ваш ко мне подбегает, и давай голосить и выспрашивать, куда подевался этот Свиреев.

– Я на посту сидел, – оправдывался Никольцев под тяжёлым взглядом помрачневшего Серёгина. – Никуда не отходил…

– Кроссворды решал, небось? – угрюмо проворчал Пётр Иванович, глядя на лейтенанта исподлобья.

– Нет, – покачал головой Никольцев. – Следил. Видел, как Лисичкин к нему пошёл… А потом вдруг – отвернулся на секундочку – не больше… Поворачиваюсь, а Борисюк с Соколовым у стенки сидят. Я подумал ещё, чего это они спят-то на посту? Подошёл, давай толкать – не просыпаются. Я дверь в палату приоткрыл – а там – ни Шубина, ни Лисичкина…

– Грррмм! – рассерженно хмыкнул Серёгин, а потом налетел на врача Ивана Давыдовича: – Разыщите мне Лисичкина!

– Угу, – кивнул тот и, не мешкая, отослал на «задание» троих санитаров.

– Ничего не трогайте! – Пётр Иванович отогнал уборщицу, которая хотела взяться за ручку двери. – Отпечатки не уничтожьте!

Уборщица недовольно буркнула что-то себе под нос и удалилась, гордо помахивая тряпкой на швабре. А Пётр Иванович выставил всех из палаты, чтобы не затаптывали следы, и снова основательно и придирчиво осмотрел всё алмазным глазом сыщика. Он даже под кровать заглянул и… остолбенел.

– Вот те на! – выдохнул за спиной Серёгина Сидоров.

Под кровать Шубина кто-то аккуратненько затолкал «врача-оккультиста» Лисичкина. «Мефистофель Фаустович» лежал на левом боку, спиной к окружающим и лицом к стенке. Пётр Иванович пихнул Лисичкина в спину.