– Прекрасно! – растянул он голливудскую улыбочку, когда увидел, что порабощённый Коля привёз в не свою квартиру нужного человека.

Коля молча хмыкнул, а Артерран, уронив свою коронную фразочку: «Вопросы есть? – Вопросов нет!» – снова растворился в прихожей. А Коля, подойдя к окну, так и не засёк тот момент, когда он вышел из дома и не понял, где стояла его машина.

Прожив в компании своего «внучатого племянника» всего один день, Коля понял, что подосланный к нему субъект какой-то странный. Он называл Колю только Владлен Евстратьевич, а ещё – садился напротив него и делал такое лицо, словно титанически силится что-то сказать. Однако у него изо рта в такие моменты не вылетало ни звука.

– Что с тобой? – спросил однажды Коля, но этот странный Федя не изрёк ни буковки, а всё сидел с рыбьими глазами и устрашающе молчал.

А спустя ещё дня три после появления в его жизни Феди – подал голос Колин телефон. Коля взял трубку и сказал:

– Алё?

А телефон стальным голосом Генриха Артеррана потребовал:

– Цель – склад номер семь по улице Литейщиков. Аккуратно вскрыть и вынести папку кожаную синего цвета, и больше ничего не трогать. Вопросы есть?

Коля в ответ буркнул нехорошее слово, но Артерран и этим ответом остался вполне доволен и, хохотнув:

– Вопросов нет! – исчез в монотонных гудках.

А Коля совсем не хотел вскрывать склады и ничего оттуда выносить – однако, ему пришлось приступить к делу, потому что приказы Генриха Артеррана не обсуждаются.

====== Глава 11. Куда ведут следы Гопникова? ======

Недобежкин встречался со своим товарищем Смирнянским на «секретном месте» – возле недостроенного корпуса Автодорожного института, где обычно не бывает людей. Эту систему выдумал Смирнянский, потому что ему повсюду мерещилась слежка. Недобежкин ещё предлагал Смирнянскому связь по телефону, или по Интернету – во-первых, быстрее, во-вторых, никуда не нужно ехать. Но Смирнянский отказался, сказав такие слова:

– Ты что, Васёк? Вместе же с тобой служили, неужели ты не знаешь, как прослушивают телефоны и ломают И-мэйлы?

– Да кому они нужны, телефоны наши? – огрызнулся тогда Недобежкин – Мы, что с тобой – послы? Или разведчики какие-нибудь?

– Мы влезли в «Густые облака»! – не успокоился Смирнянский. – Поэтому нейтрализовать нас попытаются любой ценой. Так что, дружище, прятаться нам надо и не спорь со мной!

Вот и пришлось Недобежкину каждый раз колесить туда, к этому недостроенному корпусу, пролезать через дыру в заборе и топать через заброшенную и захламлённую стройплощадку к «секретному месту». Смирнянский даже звонить себе не разрешил, а просто – назначил время три раза в неделю, когда они должны были встречаться.

Вот и сегодня Недобежкин приехал на задний двор недостроенного корпуса Автодорожного института к шести часам вечера, как и было договорено. Машину он припарковал на обочине дороги, а сам – полез через колючие ветвистые заросли к забору с одной достаточно узкой дыркой. Протиснувшись в неё, Недобежкин первым делом убедился в том, что не порвал костюм, а потом уже – огляделся по сторонам. На покинутой стройплощадке не было ни души – кто же туда полезет-то кроме Смирнянского?? Переступая через обломки кирпичей, осколки шлакоблока и ржавую арматуру, Недобежкин двинулся вперёд, к готическому портику, который пристроили к этой высокой панельной коробке одни из владельцев, которые потом её тоже бросили. Недобежкин залез под свод портика и пристроился там, на торчащем камне. Он думал, что Смирнянский где-то задержался, будет с минуты на минуту, но вдруг откуда-то из тёмной глубины недостроя послышался вкрадчивый голос:

– Обернись, я здесь!

Недобежкин вздрогнул от неожиданности, но всё же, повернулся и увидел, что Смирнянский сидит как раз у него за спиной и держит на коленях свой ноутбук.

– Не поздоровался, уселся спиной, – притворно сетовал Смирнянский, выдвигаясь из готической темноты под свет летнего солнышка.

– Попробуй, увидь тебя! – пробормотал в ответ Недобежкин.

– Ты, лучше, посмотри, что я откопал, – Смирнянский открыл ноутбук и показал Недобежкину то, что было на мониторе.

Недобежкин глянул и увидел, что на жидкокристаллическом экране мерцает английский текст.

– Прекрасно, английский язык я учил в школе, – проворчал он. – А теперь – переведи на нормальный!

– Эх, ты! – буркнул Смирнянский. – «В школе учил»! В конце восьмидесятых «Густыми облаками» занимался америкашка по фамилии Артерран. Он и завалил проект, и из-за него его закрыли…

Артерран! Недобежкин только собирался спросить о нём Смирнянского, а он уже откопал!

– Это тебе Ежонков подкинул? – осведомился Недобежкин.

– Он, Ежонков, – согласился Смирнянский. – Ежонков ухитрился влезть в секретный архив и нашёл там то, что я сейчас тебе показываю. Если кто-нибудь застукает Ежонкова за этим «чёрным копательством», которым он для нас с тобой занимается, то ему, скорее всего – капут. Так вот, я не договорил. Америкашка Артерран завалил проект и сам коньки откинул, потому что его разорвала подопытная горилла. А вот то, что он там нахимичил, говорят, попробовал Гопников.

– Гопников умер три года назад, – остудил пыл Смирнянского Недобежкин, отгоняя ладонью чересчур назойливую муху, что поставила себе великую цель: усесться ему на нос.