– Эй, – подпрыгнул Смирнянский. – Да нам много и не надо! Он сам сказал!

– Что? – удивился Ежонков.

– У тебя он баранит, – съязвил Смирнянский, состроив едкую улыбочку. – А вот я, кажется, понял. Васек, просмотри по своей ментовской базе всех, чьи фамилии начинаются на буквы «СИН».

– Ээээ, – протянул Недобежкин. – Как же я раньше не догадался?? Он мне тут «Син» свой впаивал ещё на прошлой неделе…

– Так вот, я разумнее тебя всегда был, – похвастался Смирнянский. – А теперь…

Смирнянский собирался гордо, как победитель народов, прошествовать в кабинет Недобежкина и изучить базу данных на пропавших людей, но тут мобильный телефон милицейского начальника подал свой пронзительный голос.

– Ну, кого там ещё несёт? – буркнул Недобежкин, доставая мобильник из кармана. – Алё?

А «несло там» Петра Ивановича Серёгина. Пётр Иванович Серёгин звонил, чтобы рассказать Недобежкину о таинственном побеге из палаты пациента Ярослава Семенова. Выслушав похожий на рассказ Азимова доклад Петра Ивановича, Недобежкин покачнулся на ногах и едва не хлопнулся прямо на пол, около Гохи, который во всю «пел»:

– Си-си-син! Гогр! Си-си-син!

– Чего там? – спросил Смирнянский.

– Эх, – ответил Недобежкин. – Слушайте, оба, погнали со мной в психушку, там и увидите, «чего».

– Эй, Васек, ты что, нас за психов держишь? – обиделся Ежонков. – Мы тебе помогали-помогали, а ты?

– Да не в этом дело, – проворчал Недобежкин, чьё настроение заметно приблизилось к нулю. – Сбежал там у нас один, тоже на «Наташеньке» корячился. Поедем, посмотрим…

====== Глава 46. Неизвестное науке существо. ======

Человек, которого Пётр Иванович условно назвал «Ярослав Семенов», ехал на крыше фуры до первого поста ГАИ. Вольный ветерок дул ему в лицо и развевал его поредевшие бесцветные волосы. Он не знал, куда едет и зачем – знал только, что ему нужно освободиться от местной милиции. Вот только на придорожном мобильном посту, который состоял из патрульной машины и двух гаишников, возникло досадное препятствие. Водитель грузовика Лаптев даже и не понял, по какой причине инспектор дорожной службы закрыл перед ним дальний путь своим полосатым жезлом. Вроде и скорость он не превышал и соблюдал все «знаки препинания»… Вот только спорить с «творцами штрафов» водитель Лаптев не решился и послушно нажал педаль тормоза.

Водитель Лаптев приготовил свои права, техпаспорт и путевой лист, чтобы предъявить их гаишнику. Однако гаишник почему-то указал жезлом наверх, на крышу фуры и спросил:

– А там у вас кто едет?

– Не понял? – удивился водитель Лаптев, уверенный, что на крыше у него пусто, как в бездонной бочке.

– Там! – гаишник уже нацелился взыскать с залётного шофёра немалый штраф.

Изумлённый странным поведением гаишника, водитель Лаптев открыл дверцу, высунулся из кабины и заглянул на крышу своего длинного прицепа, покрытую синим брезентом. Высокое летнее солнце блеснуло Лаптеву в глаза, но он всё же увидел, как с крыши его обширного автомобиля с ловкостью паукообразной обезьяны соскочил некий юркий незнакомец и перелетел на крышу патрульной машины ГАИ. Лаптев испугался и застыл с открытым ртом, а вот гаишник имел более крепкие нервы.

– Стой! – гаркнул он во всю мощь своих нешироких лёгких и в два скачка оказался у своей машины.

Однако «путешественник на крыше» никак не внял этому суровому приказу, а просто перебрался с крыши патрульной машины в салон и включил зажигание! Прежде чем гаишник, потрясая жезлом, успел предпринять что-либо, патрульная машина взревела мотором, выпустила облако выхлопного газа и со страшным свистом тормозов сорвалась с места. На скорости, близкой к световой, она рванула куда-то, обдав гаишника пылью из-под колёс. Гаишник по инерции пробежал несколько метров, а потом – застопорился, раскинув руки и выкруглив глазки, глядя в след своему удаляющемуся транспортному средству…

– Вы говорили, что его держали в подземелье? – нарочито спокойно осведомился Смирнянский, без особого интереса разглядывая пустую смятую койку исчезнувшего Ярослава Семенова.

– Ну, да, – кивнул Недобежкин, стоя тут же, в палате, справа от Серёгина. – Мы там его нашли – ползал на четверых…

– Ну, это всё понятно, – «с учёным видом знатока» заключил Смирнянский. – Если его держали в подземелье – то с успехом могли проводить на нём эксперименты по типу «Густых облаков», и он мог подхватить некие возможности…

– Как у нацистских агентов! – вмешался Ежонков, пихнув в бок почему-то Сидорова.

Сидоров совершил шаг в сторону, отстраняясь от разбушевавшегося Ежонкова. А тот в свою очередь завёл развёрнутейший экскурс в историю:

– Они всегда хотели заполучить супермена, – Ежонков даже подскакивал, так старался. – И пахали над ним до седьмого пота! Знаете, сколько они учёных переказнили, прежде чем добились первых результатов??

– Ежонков, – отрезал «лекцию» Недобежкин. – Всё, что ты тут нам базаришь, при царе Горохе было! А Семенов этот сейчас на волю угарцевал! Стань вот туда вот, в стороночку, и там молчи! – начальник поднял правую руку и назначил Ежонкову место в пыльноватом дальнем углу палаты.