– Опиши мне Сумчатого, – сказал Серёгин.

– Он – толстяк со шрамом на левой щеке, – быстро ответил Додик. – Носит очки от близорукости и ездит на шестисотом «Мерседесе» чёрного цвета.

– Ты не про «Мерседесы», а про Сумчатого рассказывай! – в который раз вмешался Сидоров.

– А, про Сумчатого… – сконфузился Додик. – Он жил – Любавина, сорок. В частном коттедже. А потом продал его и съехал, не знаю пока, куда. Но узнаю обязательно. Вы же знаете, я готов активно помогать следствию, – широко улыбнулся Виктор. – И мне известен один большой-большой секрет.

Додик встал и подался вперёд, ближе к Серёгину, перейдя при этом на таинственный шёпот.

Сидоров, на всякий случай, подошёл с наручниками, чтобы, если что, утихомирить словоохотливого преступника.

– И что это за секрет? – спросил Серёгин.

– Я знаю, что случилось со следователем прокуратуры Синицыным, – загадочно прошептал Додик. – Однажды Дантист, он тогда ещё не пропал, разнюхал где-то, что американцы собираются убрать Синицына. Чтобы не рыл, понимаете?

– И после этого Дантист исчез? – вставил Сидоров.

– Ага, – кивнул Додик. – Вы представляете, он мне рассказал, и на следующий день – фью-ить! – сгинул! Так, это не всё. Я там случайно подвернулся. Я в тот же магазин ходил, что и он. В «Засядько», там хлеб дешёвый. И шёл назад тоже за ним. Но я ещё за пивом зашёл в «Родник», есть там такой, в подвале. И отстал чуток от Синицына. А потом увидел типа какого-то. Он сигаретку у Синицына стрелял. Но я догадался, что что-то не так. Вспомнил Дантиста и – спрятался. Залёг в кучу листьев. Я понял, что тот типочек и есть американский «жучила». Он прижучил Синицына, а потом затащил в машину и уехал. Я знаю, что это была за машина. Я сам угнал эту «Волгу».

– Где и когда это случилось?

– В позапрошлый четверг… Я не знаю, как называется эта улица, но там – больница и парк, а потом пятиэтажки начинаются. И тротуар очень плохой.

– Ясно, перекрёсток Владычанского и Краснофлотской! – выкрикнул Сидоров

– Тише, Саня! – сказал Пётр Иванович. – И как выглядел «жучила»?

– Темно там было. Морду не заметил. Видел, что тощий такой. Ростом с меня, примерно. Это он, наверное, Гарика кокнул. Больше некому.

Серёгин нашёл на столе фоторобот Николая. Подсунув его под нос Додика, он спросил:

– Это – «жучила»?

Додик долго изучал Колины глаза, нос, рот, уши... Раздумывал, говорить ему, или лучше промолчать. Потом решил говорить, потому что испугался, что его он тоже прижучит в КПЗ, как Гарика.

– Это он, – изрёк Додик. – Он знает всех американцев.

– А что ты там выискивал, в подвале дома, где Гарик жил? – поинтересовался Серёгин, достав новый бланк: старый закончился, испещрённый показаниями.

– Сокровища? – выпалил Сидоров, разглядывая тесак Додика.

– Да, не, сокровища тут не причём, – крякнул Додик. – Там американцы что-то прячут. Их «жучила» часто туда наведывался. А я решил узнать – что. Если бы американцы пронюхали – меня бы урыли тут же, не спрашивая!

– Ну, и как, узнал? – поинтересовался Пётр Иванович, надписывая шапку нового протокола.

– Нет, – замотал головой Додик. Голова у него смахивала на яйцо – страусиное. – Я туда Крекера засылал, а он – трус. Выскочил и пургу какую-то мелет... Так и не смог я его назад загнать...

Крекер – трус! Ха! А Додик что – не трус? Пока на свободе бегал – так всех запугивал, а как попался – сам «базарить» начал!

– Хорошо, а как тот американский «жук» попадал в подвал? Дверь-то опечатана, ключи – в ЖЭКе. Или там есть потайная дверь?

– Есть, – Додик пощупал свой подбитый глаз. Фингал у него был колоссальный. Да и сам глаз заплывать начал. Наверное, нужно будет «Альбуцид» капать, а он такой болючий!..

– Есть там потайная дверь, – продолжал Додик. Сбоку там, под кустиком, она наполовину под землёй. Узенькая. Я туда протиснуться не могу. А Крекер – худой. Поэтому я его туда погнал.

«Точно, нужно будет слазить», – заключил про себя Серёгин. Потайная дверь это – прекрасно. Не надо будет оббивать пороги ЖЭКа.

С потолка слетела маленькая муха и приземлилась на протокол. Согнав её, Пётр Иванович произнёс:

– Додик, что ты знаешь про следователя Зайцева?

– Я не уверен, – пробормотал Додик, – Но, судя по тому, как он «замял» Зубра... Кстати, он упёк не их «жучилу», а чайника какого-то... Он его на улице нашёл. Я знаю, потому что «жучила» на воле пляшет.

– Ты знаешь, откуда он взялся?

– Не, не знаю, – ответил Додик. – Может, ихний, американцев, а может, и государственный. Тоже – чайник.