– Спасибо, – сказала Юля. – Если бы не вы, я бы погибла.

Сидоров покраснел и еле выдавил слово «Пожалуйста».

Когда вылезли из подвала на улицу, все были в полной растерянности. Кажется, кто-то специально вызвал этот обвал. Уже второй обвал. Задержанный, весь в пыли, топтался рядом с Сидоровым, который его держал. Группа захвата уехала. Тротуар, который находился над пещерой, просел большой пологой ямой. Теперь тут обязательно будет лужа – непросыхайка, глубиной в полметра.

– Это – уникально, – говорил Афанасий. – Сколько пещер я исследовал, а такого ещё, честно, не видал. И то, что её засыпало – огромная потеря для Донецкого спелеологического общества.

====== Глава 63. Сумчатый. ======

Сумчатый затаился. Он безвылазно сидел в своём коттедже. Не выходил даже во двор. Льву Львовичу казалось, что теперь все люди на свете знают его в лицо. И если он высунет нос за бронированную дверь коттеджа – его сейчас же схватят. Сумчатый позвонил своей секретарше Лерочке и сказал, чтобы она говорила, что он болен всем, кто вздумает навестить его на работе. Лев Львович усилил охрану своего коттеджа. Купил ещё четырёх ротвейлеров – чтобы никто, ни один посторонний, не смог пролезть. Сделку с бензином Лев Львович отменил, потому что он даже не знал, на какой день её переносить. Поставщик, конечно, долго ругался, кричал, что «бензин – без сертификата», «ждать не может» и что «его нужно немедленно сбыть». Но для Сумчатого свобода была дороже. Хотя, какая свобода, когда видишь её только по телевизору? У Сумчатого были говорящие попугаи. Так вот, с ними Лев Львович и разговаривал в последние дни.

Лев Львович подошёл к телефону и принялся набирать номер. Набрав, Сумчатый стал ждать ответа. Но в трубке слышались только монотонные гудки. Тот, кому звонил Лев Львович, не подходил к телефону.

– Чёрт! – ругнулся Сумчатый, сбросил этот номер и стал набирать другой.

– Да! – раздражённо выкрикнули на том конце.

– Чеснок, – залепетал Сумчатый. – Привет, это я.

– Я узнал, – проворчал Чеснок. – Только ты умеешь так мямлить.

– Чеснок, ты не знаешь, где Утюг? – спросил Сумчатый, садясь в кресло. – Он не подходит к телефону.

– Я это уже заметил, – фыркнул Чеснок. – Я уже звонил ему вчера вечером и сегодня утром. Хотел обсудить план, как нам тебя спасти...

– Без меня – обсудить?! – перебил Сумчатый. – Я тебе покажу, как обсуждать что-либо без меня! Помнишь, Кашалот обещал тебе взорвать твои заправки?

– Да...

– Так вот, слушай сюда! – воскликнул Сумчатый (Чеснок старался держать трубку подальше от уха). – Я это сделаю, если ты ещё что-нибудь будешь «обсуждать» без меня!! Понял, Чеснок?!

– Остынь, – примирительно сказал Чеснок. – Мы же – друзья...

– Какой ты мне друг? – пискнул Сумчатый. – Продал меня ментам... Какой ты всё-таки, Чеснок, трусливый и жадный!

– Может, Утюга схватили? – выпалил Чеснок, не потому что так думал, а чтобы отвлечь Сумчатого от своей персоны.

Сумчатый вздрогнул.

– Ты что? – сдавленно просипел он. – Схватили?

– Подожди...

– Ну, вот, что вы наделали! – завопил Сумчатый. – Нас уже хватают! А я – следующий! И... Додик про Ужа не отчитался...

– Про Утюга – это я так, сказал, – серьёзно начал Чеснок. – А вот Додик, да. Скорее всего, его замели. Он всегда отчитывался. Слушай, я сейчас подъеду...

– А я тебя не пущу! – пискнул Сумчатый. – А вдруг ты ментов наведёшь?!

– Постой...

– Не пущу! – повторил Сумчатый и швырнул трубку.

Из другой комнаты прилетел большой пёстрый попугай, который как-то выбрался из клетки, и уселся на стол Сумчатого, сбросив бумаги.

– Дуррак! Дуррак! – скрипуче крикнул попугай. – Ты – дуррак!

– Кыш! – Сумчатый схватил статуэтку – мини-Венеру – и замахнулся на птицу, вскочив с кресла.

– Дуррак! – бросил попугай, как-то даже сочувственно. И ретировался, прежде чем мини- Венера обрушилась на то место, где он сидел.

– Чёртова курица! – заплакал Сумчатый. Конечно, ведь он разбил статуэтку и пробил вмятину в кедровой, отполированной до блеска, крышке стола.

Лев Львович смахнул с помятой столешницы осколки статуэтки, поднял скинутые птицей бумаги и уселся за стол, подумав, что ещё не всё так плохо, и ему удастся отсидеться.

– Дуррак! – возразил попугай. Теперь он сидел на люстре.

====== Глава 64. Подземный житель. ======

Пойманный в пещере человек провёл ночь в изоляторе, в отдельной камере. Он стучал в дверь, кричал, чтобы его немедленно выпустили. И ещё и извинились перед ним. Однако при этом «подземный житель» категорически отказывался назвать даже своё имя. Поэтому пришлось продержать его до утра, а утром выяснять, кто он такой.

Когда Сидоров привёл задержанного из изолятора, он дёргался, вырываясь от него, и говорил, что «никто не имеет права хватать просто так».

Выглядел этот человек лет на тридцать. На макушке уже проглядывала лысина, спереди висело небольшое брюшко. Одет он был в серый костюм и френч, тоже серый.

– Мне не нравится этот стул! – заявил он, когда Сидоров попытался его усадить.

– Почему? – удивился Пётр Иванович. – Стул, как стул.

– Он в заусенцах! Я себе затяжек на брюках понаделаю!