— Ты думаешь, я способен на подобную глупость? — скептически смерив меня взглядом, спросил Адам. — Или мне нужно то, что ты чувствовала к Кларку? Не забыла, что он хотел убить тебя?

— Это твоя версия. А я тебе не верю, и можешь подавиться своей иронией и показным равнодушием. Ты не получишь ни моего сердца, ни моих детей, ни моего разума. Я найду лазейку, отыщу способ сбежать отсюда. А потом приведу Кларка, и мы вместе посмотрим, как ты будешь ухмыляться в надетых на руки кандалах. Я действительно сделаю мир лучше, когда избавлю его от тебя.

— А ты способна на это. — пристально глядя мне в глаза, произнес Блейк. Еще бы! Я аж фыркнула от удовольствия, что заела его, приготовившись сказать еще массу неприятных вещей, но он развернулся и вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь.

Тяжело дыша, словно после долгой пробежки, я прислонились спиной к закрытой двери, и медленно сползла вниз. Я боялась даже представить, что случилось бы, получись у него напичкать меня своими сперматозоидами. Маленькие сверхчеловеки. Новая раса. Уму непостижимо. Он не прикидывается. Он на самом деле псих.

Но вопрос так и остался открытым. С Блейком все ясно. А кто же тогда я?

И, если придерживаться слов, сказанных этим ненормальным, почему именно я способна стать матерью новой расы. И зачем нужна новая раса? Какие у нее цели? Что она сделает со старыми добрыми расами?

Если мыслить логически, и предположить, что версия Блейка правдива, и я обладаю определенными знаниями, которые впоследствии могу передать детям, то кто тогда вложил необычные возможности в меня саму? Еще одна кучка ученых? Или кто-то более могущественный? Бог? Или дьявол? Ответ станет известен, только когда мне откроется истинная цель моего существования. Но Адам не собирается просвещать меня. Он зациклен на идее оплодотворения.

Мне нужно бежать. Пока его лабораторные крысы не изобрели способ заставить мои биологические часы работать в их пользу.

— А в ее словах есть доля истины. — сухо заметил Майкл Розмунд, почесав свой отмеченный благородной сединой висок. Рассеянный уставший взгляд Блейка оторвался от изучения данных на голографическом дисплее, его пальцы продолжали менять местами запутанные замысловатые изображения молекул и клеток ДНК, в то время, как он сам смотрел в порядком износившееся лицо старого профессора. Тот по старинке обрабатывал информацию с помощью клавиш и мыши.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Блейк. Мужчина повел плечами, кивнув на как бы подвешенные в воздухе формулы, над которыми корпел Адам.

— Мы далеко шагнули вперед, опередив технологии программ Винзора и тех, кто стоит за ним. Мы стираем и перезаписываем память, мы создаем и уничтожаем, мы манипулируем сознанием, и решаем, что и как должна делать Ева. Но мы забыли, что, прежде всего, она — человек. Рожденная в мире, который обязана изменить. Да, она знает свою цель, и следует программе, но частые сбои говорят о том, что ее душа не согласна. Она не чувствует себя свободной, а ведь именно свободу должна подарить другим.

— Я не могу пойти на такой риск. — категорично отмахнулся Адам, вернувшись к своей голограмме, зависшей над столом, за которым он сидел. — Слишком большой объем для полной загрузки. Она не выдержит.

— Проект "Ева". Вслушайся в эти слова.

— Слова ничего не значат.

— Для тебя. А для нее? Она не отожествляет свою суть с холодным понятием "Проект". Она человек. Ее создали человеком в том пространственном уровне, в котором жила Дезире Вильмонт, росла и взрослела. Ее сознание шире, сильнее и свободнее, чем у других, но оно ограничено рамками физической оболочки и свойственными этой оболочке эмоциями, чувствами и желаниями. В ее ДНК содержится ген совершенного существа из твоей реальности, но она тем и особенна, что сочетает в себе черты обеих рас, чтобы дать жизнь третьей — более совершенной, чем твоя или та, которую ты хочешь исправить. Конфликт заключается в том, что она не знает, как соединить несоединимое, не предав при этом саму себя. Ты заставляешь ее выбирать, но как сделать выбор, если в любом случае — она теряет часть…

— Ты понятия не имеешь, что означают слова "совершенное существо из моей реальности". Я выше реальностей, ниже, снаружи и внутри. Майкл, у нас нет и не может быть выбора. Мы просто знаем, что слияние произойдет. — прервал профессора Блейк.

— Но не происходит. Должна же быть причина. И мне кажется, что искать надо на поверхности. Девушка правильно сказала — дети не рождаются от святого духа. И уж тем более не создаются в пробирке.

— Сотни женщин наземного населения каждую минуту зачинают будущее потомство искусственным путем, не имеющим никакого отношения к непорочному зачатию.

— Ева — не сотни женщин. И ты — не принадлежишь нашей узкой полосе частот, ты сущность из другого спектра. — Майкл положил руку на плечо Блейка. И Адам, прервав свои манипуляции, посмотрел в серьезное лицо старика. — В тот первый раз мы совершили ошибку, Адам. Мы зря ее стерли. Не нужно было.

— Мы просто исполнили свой долг, Майкл. И не мы принимали решение.

— Ты позволил, Адам. Позволил Им решать за вас. Ты слепо идешь за своим сознанием, неужели к тебе не приходила мысль, что оно может заблуждаться? Зачем все это? Для чего? Кларк Винзор — тоже ступень, через которую ей предстояло перешагнуть? Испытание? Но кого они испытывали на самом деле? Ее или тебя? Задай себе правильный вопрос. И ответ раскроет горизонты, которых ты никогда не видел.