Однако было поздно - она уже вспомнила про предстоящую возню, и лису внезапно охватило сильнейшее волнение - не страх пожалуй, но шерсть всё равно непроизвольно вздыбилась на загривке. Она представила себе, что хотя все учебные бои связаны с реальностью чуть побольше, чем компьютерные игры, точно такое же может и произойти в реальности. В жизни на Пролесье спайдерфоксам не приходилось встречаться с тем, что смертельная опасность может исходить от рационально мыслящего существа, быть осмысленной. Фелиса спокойно принимала тот факт, что можно подорваться на двигателе или в результате ошибки навигации, но вот осознание того, что кто-то будет сидеть и думать, как уничтожить эскадру - оно заставляло нервно подрагивать уши. И не меньше волновало то, что рациональное мышление требовало аналогичных ответных действий...

– Кылюёооот!!

Трясошаг выпрыгнул классически, из лужи, с фонтаном брызг, и оказался на полтора лисо от Фелисы. Едва упала поднятая вода, стало возможно разглядеть рыбу - буро-серая с малиновыми плавниками, она уперла в болотистую почву две костлявые длинные лапы, делавшие её похожей на страуса. Ещё больше сходства придавала башка на вертлявой шее, увешанная гребешками и острым клювом. Этот самый клюв раззявился, и воздух пронзили страшные вопли, от каковых с непривычки можно было поседеть - но непривычных не имелось. Трёххвостые тут же начали смыкать цепь в кольцо, окружая продукт. Трясошаг - на то он и!
– поднял лапу, мелко потряс ею и совершил собственно шаг, при этом переместившись метра на четыре разом, так как шагал он не по-звериному, а хвост знает как, скользил, чтоли. При этом шагнул он не куда попало, а прямо к Лозусу, так что тот отпрыгнул и махнул ножом, дабы остудить пыл рыбки.

Фелиса не сводила с трясошага глаз с расширенными до предела зрачками. Мысли крутились под ушами с рекордно большой скоростью, хотя снаружи этого и не было заметно. Чисто инстинктивно лиса обходила рыбу с фланга и перебрасывала в лапе ножик. Внезапно она осознала определённую аналогию между тем, что её так встревожило, и текущим моментом - конечно трясошаг не враг, а всего лишь глупая рыба, но всё-таки это не неживая материя. Фелиса буквально чувствовала, как маленькие глазки из-под гребней злобненько пырятся на неё. Спайдерфоксиха ухитрилась принять осмысленное решение за две секунды: лапа скользнула по браслету защитного ремиттера, палец нащупал выключатель и повернул его.

Трясошаг пытался склевать Лозуса и Сурика сразу, но ясное дело что у него это не получалось - те отпрыгивали, а когда рыба разворачивалась, старались нанести удары ножиком. Фелиса подобралась вполне близко, трясошаг сделал широкий замах шеей, как косой, но лиса увернулась, сильно выгнувшись назад. Тут организм был ударен с тыла и развернулся туда, подставив гузлище. Тогда лиса с глухим рыком рванулась вперёд, увернулась от лягнувшейся когтистой ноги, схватилась за ложноперья на хвосте рыбы и буквально подтянувшись за них, оказалась у добычи на спине - если конечно можно это назвать спиной. Пока трясошаг соображал, Фелиса вцепилась в шею небольшими, но очень острыми зубками; ощущение было такое, что кусаешь шланг для полива огорода...

Тушу общими усилиями достаточно быстро выволокли из болота, благо она для этого хорошо подходила по форме, и грохнули в лагерь, где остальные участники похода уже наточили разделочный инструмент. Загонщики же после усилий плюхнулись на хвосты и позволили себе растечься.

– Феллочка, ты так здорово прыгнула!
– вполне искренне тявкал Сурик, гладя лису по ушкам, - Даже не знаю, смог бы я сам так.

– Прямо зубами! Правдивая история!
– развёл лапами Рурыг.

Трёххвостые затявкали - всмысле не словами, а просто так, поржать. Фелиса была в совершенно спокойном и удобном расположении духа, но не всё прошло так гладко.

– Эй лисо, - склонив ухо, сказал Лозус, - А это что?

Он показал пальцем на длинную царапину на лисьей ноге. Судя по тому что оттуда сочилась кровь, и вообще царапина была заметна из-под пушнины, она была довольно глубокая. Её было плохо видно из-за того, что большая часть приходилась на икру ноги, где шерсть имела красный оттенок.

– Уй, лисён, ты на что-то напоролась?
– встревожился Сурик, - Сейчас тыщелистника найду... Хм...

Вот именно что "хм", на Фелису уставились ровным счётом все лисо. Конечно она могла соврать, что выключила защиту после рыбы, а порезалась об ветку, но вряд ли это прокатило бы для лис. И главное, она и не хотела.

– Да, я отключила, - тявкнула она, - Сейчас было бы очень долгим объяснять, почему.

– Ффф...Фел, - выдавил Рурыг, - Ты знаешь, что мы договаривались этого не делать?

– Знаю, - грустно улыбнулась лисичка, - Так вышло.

Договорённости чего-либо не делать для спайдерфоксов были не просто так, поржать, а делом очень серьёзным. Сурик повесил уши, так что Фелле стало его жутко жалко, но теперь уже поздно.

– Не вздумай обижаться, Фел, - спокойно сказал Рурыг, - И Сур тоже... Теперь за трясошагами ходи не с нами.

– Я знаю, - пожала плечами Фелиса.

В этом отношении в группах трёххвостых существовала лютейшая дисциплина, потому как вся практика подтверждала, что иначе будет гораздо хуже. У Рурыга, например, были два брата и солисица, которые тоже были бы не прочь сходить на охоту, но ввиду некоторых косяков их твёрдо не брали. Вздохнув, Фелиса пошла заварить на костерке чаю и приступать к разделке продукта.

– И всё-таки, лись, - тихо тявкнул Сурик, когда они сидели рядом, - Ты же это не просто так?