– Так мы можем вооружиться!

– Мы не солдаты, милый. Не сейчас. Нам нужен был бы каждый отравитель в городе… В Айнисфил жриц будет больше в три раза…

Пьетр схватил тётю за руки и с силой сжал их. Может, он не видел, как она переживает, но знал из историй отца, чтобы понять, как это выглядит. Глава Арронов не признаёт проигрыш.

– Мы не будем стоять в стороне и позволить обезглавить нашу королеву! – его руки и голос смягчились. – Не Катарину.

Не нашу Катари!

– Что бы ты сделал, чтобы спасти её, Пьетр? – спросила

Натали. – На кострах мы бессильны. Жрицы ведут всё, от Охоты до Вознесения. Это почти невозможно – победить.

– Почти невозможно, - поправил он. – Но не невозможно. Я

сделаю всё, что должен. Всё, что угодно.

Она поджала губы.

– Ты любишь её.

– Да. И ты тоже.

Волчья Весна

Эллис вырезал Арсиное маску, чтобы скрыть её шрамы. Она была так тонка и плотно прилегала, что могла держаться на лице, на её носе, но в ней прорезались отверстия по бокам,

была просунута тонкая чёрная лента, чтобы завязать за головой. Маска была полакирована в чёрный, касалась здоровой щеки, сужалась от носа к подбородку по правой стороне. Он нарисовал яркие красные полосы на лице, по щеке от глаза, как она попросила.

– Это впечатлит женихов, - сказал он, - когда они сойдут со своих кораблей. Они будут знать, кто ты. Та, что в маске.

– Они будут в ужасе, когда поймут, почему, - она коснулась руки Эллиса, когда тот нахмурился. – Маска прекрасна. Спасибо.

– Позволь мне помочь надеть её, - сказала Джулс.

– Нет, - ответила Арсиноя. – Сохрани. Для высадки, как говорит Эллис.

Каит строго кивнула.

– Хорошая идея. Слишком красивая вещь, чтобы носить без причины.

Она захлопала в ладоши, сгоняя мух. Она готовила пирог –

последние яблоки с лета. Джулс уже нарубила длинные ломтики. Мадригал должна была помогать, но этим утром её нигде не могли найти.

Снаружи что-то копошилось у угла дома, возле курятника.

Джулс посмотрела в окно.

– Это Билли поймался в барбарисовых кустах. Он должен был пройти через сад.

– Я пойду, Арсиноя оттолкнулась от стола. Облегчением было больше не валяться в кровати. Может, она вновь сходит на холм. Или нет. Холм Ветра слишком близко к изогнутому дереву, а туда никто из Милонов её не пустит. Но как хочется!

Снаружи Билли отталкивал шипы.

– Чёрт подери это дьявольское растение!

– Это барбарис, - сказала Арсиноя. – Каит вырастила их вокруг, чтобы не пускать лис. Что ты тут делаешь?

Он перестал сражаться.

– Не слишком тёплый приём. Пришёл тебя увидеть, но ты в чёрном настроении.

– Чёрном настроении?

– Мрачном, - сказал он. – Депрессия. Чернота. Что-то среднее,

– он хихикнул. – Ох, какие люди иногда странные…

Он протянул руку, и она вытянула его из куста.

– Я думал, ты захочешь уйти, - сказал он. – Подальше от постели больной.

– Это хорошая идея.

Он повёл её к докам, к Сандринам. Там была лодка со светлоголубыми парусами, окрашенным в жёлтый корпусом. Арсиноя не должна была плыть. Ей не убежать. Но это не запрещалось.

Это был хороший день на воде – залив такой же спокойный,

и несколько камней у скал…

– Давай, - сказал он. – Я попросил миссис Сандрин, она приготовит обед, - он протянул корзину под тканью. – Жареная курочка, немного картошки. Сметана. Она сказала, это одно из твоих любимых блюд.

Арсиноя рассматривала корзину,

чувствуя плохо скрываемый взгляд мужчины, что торговался с двумя рыночными торговцами. О чём теперь шептаться? Шрамы?

Нападение сестры или медведь? Даже верные ей сейчас сомневаются. Даже Лука.

– Жареная курица? – она шагнула в лодку.

Билли последовал за нею. Они проплыли немного дальше, и ветер бился в парус, тянул их вдоль западной части острова.

– Если поедем дальше, можем увидеть китов, - сказала она. –

Надо было взять Джулс! Она бы привела их к лодке, и можно было бы свернуть паруса.

Билли засмеялся.

– Звучит почти горько, знаешь.

Не почти, а горько. Ей бы хотелось хоть капельку дара

Джулс. Она потянулась к своей щеке. Они даже не исцелятся к кострам, эти шрамы… Они будут красны и отвратительны.