– Куда?

– К Дроздовой. Я уверена, они у нее.

На лице Звонарева отразилось колебание. Ясно было, что до парка они с Беллой уже не дойдут. Но и ехать к Дроздовой Степану не было никакого резона. Его не должны были видеть сегодня вместе с Беллой. Ни к чему. Однако… План Корниевича! Цуревич и уж тем более светлейший князь, без сомнения, заинтересуются этим планом. Заполучить его было бы весьма кстати. Достойный финальный аккорд…

Решение родилось само собой. Как озарение. Ему не придется наносить Белле удар. Убить ее возможно и более простым, но от этого не менее эффективным способом. Часом раньше, часом позже – это ничего не решает. А больше часа ему и не понадобится. Белла умрет, а план генерала Корниевича окажется у него на руках. Последние сомнения Степана отпали.

– Мы сделаем иначе, – он вновь осторожно подхватил женщину под локоток. – Тебе придется съездить к Ольге Степановне одной. И ничего не говори ей пока обо мне. Осторожность будет не лишней. А я пока тоже предприму кое-что… Заодно собьем со следа возможных наблюдателей. Встретимся у меня на Гороховой через час. Успеешь?

– Успею.

– И помни, пока никому ни слова, дорогая. Не повторяй ошибки Назара Илларионовича. Причиной его убийства мог послужить не мой визит, а записка, отправленная тебе. Подумай об этом хорошенько.

– Я поняла. Никому ни слова до тех пор, пока мы снова не увидимся с тобой.

– Умница, – с улыбкой похвалил ее Звонарев.

– Я привезу бумаги.

– До встречи через час.

Они, как истинные заговорщики, разошлись в разные стороны. В конце квартала Степан обернулся, но госпожа Розенталь уже скрылась из виду. Ничего… Все к лучшему. Теперь убийца твердо знал, что ему следует делать.

На этот раз Маронский встретил его ничуть не гостеприимнее, чем в прошлый. Он был уже не в халате, а в оранжевом жилете и светлом сюртуке. Заложив правую руку в карман, он слегка покачивался на носках и стоял на фоне окна спиной к вошедшему Звонареву.

– Я знал, что вы вернетесь, мсье Д’Арвен, – усмехнулся он, по-прежнему не поворачивая головы. – И вижу, что интуиция в очередной раз не подвела меня. Удалось что-то выяснить относительно Головацкого? Насколько уверенно он идет по вашему следу?

– Про Головацкого мне ничего неизвестно. – Степан не стал садиться, поскольку со стороны хозяина не последовало приглашения, но аккуратно поставил на пол свой саквояж. – Я к вам совсем по другому поводу, Владимир Всеволодович. Не скрою, мне вновь понадобилось ваше содействие, но на этот раз оно не имеет никакого отношения к частному сыщику.

– Вот как?

Маронский наконец обернулся. Звонарев моментально отметил характерные припухлости век Владимира Всеволодовича, свидетельствующие о том, что накануне вечером он, несомненно, злоупотреблял спиртным. Об этом пагубном пристрастии Маронского Звонарев знал и раньше, но, похоже, к настоящему моменту порок целиком завладел им.

– Чего же вы хотите, мсье Д’Арвен?

– На этот раз, пожалуй, что и соучастия, – откровенно признался гость.

– То есть?

– Помнится, когда-то вы увлекались ядами, Владимир Всеволодович. И не просто увлекались, а знали о ядах буквально все. Я пришел к вам, чтобы купить самый лучший. Самый действенный, так сказать.

– И желательно не оставляющий следов в организме? – догадался Маронский. – Верно?

Но Звонарев покачал головой.

– Последнее совершенно не обязательно, – раскосые глаза Степана внимательно следили за перемещением Владимира Всеволодовича от оконного проема к буфету. – Главное, чтобы яд подействовал быстро. Не хочу, чтобы жертва мучилась.

Маронский уже достал бутылку, но наливать не стал. Рука его беспомощно зависла в воздухе. Подумав мгновение и разгладив зачем-то указательным пальцем левую бровь, он вернул бутылку на прежнее место. Рядом поставил и приготовленный ранее стакан со следами красных капель на стенках.

– С чего вдруг такая гуманность, мсье Д’Арвен? На вас это как-то, знаете ли, не похоже. Жертва кто-то из ваших хороших знакомых? Тот, кто вам дорог? Да? И тем не менее вы ставите дело превыше всего. Я правильно угадал на этот раз?

Он откровенно издевался, но Звонарев вынужден был стерпеть. Уйти от Маронского с пустыми руками он не мог. Он чувствовал, что в нужный момент у него не хватит духу спустить курок или всадить нож Белле в горло. Он этого не сможет. Другое дело яд… Но чтобы раздобыть хороший действенный препарат, необходимо время, которого у убийцы не было. А потому приходилось рассчитывать на Маронского.

– Полагаю, вас это не касается, – с достоинством ответил Звонарев, по-прежнему не сводя глаз с хозяина дома.