— Что? — Голос позади заставляет меня вздрогнуть. Я боюсь обернуться и понять, что это не сон. Нет! Нет! Нет! — Что ты сказала?

Медленно обернувшись, боязливо устремляю взгляд вперед. Наша глаза встречаются. Я смотрю на него, а он на меня. Он шокирован, а я боюсь даже выдохнуть. Кажется, я рассыплюсь сейчас на мелкие кусочки. В его глазах застыли слезы.

— Вот и все, — слова срываются с уст. — Теперь, ты все знаешь, Алекс…

========== Глава 18 ==========

Его глаза широко распахнуты. Они пытаются заглянуть прямо ко мне в душу. Туда, где сейчас царит хаос. По щекам катятся слезы, и я не могу их контролировать. Я не могу контролировать саму себя. Свои эмоции. Чувства. Дрожь пробирает все тело, когда Алекс делает шаг в мою сторону. Мне становится страшно.

Я не могу его остановить. Не могу вообще ничего сказать. Только что я рассказала правду о том, как жила последние несколько месяцев. Но эти слова предназначались моему отцу. А Алекс… Во время каждой нашей встречи мне казалось, что нужный момент еще не наступил. Я оттягивала этот разговор, насколько это было возможно. А в последнее время я вообще стала задумываться о том, что будет лучше, если он вообще ничего не узнает.

Алекс делает еще шаг. И кажется, мое сердце сейчас вырвется из груди. Все тело замерло. Я боюсь сделать лишнее движение. Боюсь вздохнуть полной грудью. Боюсь сказать слово.

Еще шаг. И Алекс становится вплотную. Наши глаза неотрывно смотрят друг на друга. Он так близко. Голова кружится, словно я пьяна. Я пытаюсь понять, что он чувствует. А он…что он хочет увидеть в моем взгляде? Кажется, все и так написано у меня на лице.

Он тянет руку, и этот невинный жест заставляет меня вздрогнуть. Мурашки мигом пробегают по спине, как только я чувствую касание его пальцев. Колени подкашиваются. Душу выворачивает наизнанку. Кажется, мои эмоции и чувства на пределе.

Алекс кладет ладонь на спину и бережно притягивает к себе, пряча в своих объятьях. Только сейчас могу вздохнуть полной грудью. Я чувствую это. Чувствую, как уходит этот груз, который мучил меня столько месяцев. Чувствую, как мне становится спокойно. Словно именно этого я и ждала все это время.

— Прости меня, — шепчет Алекс, прижавшись к моей щеке. Он весь напряжен. Каждая мышца. Словно камень. Сталь. Броня. Его ладонь касается моей талии замирает на животе, и от этого все тело пробирает от мурашек. Господи!
– Малышка моя, прости меня, прошу.

Крепко закрываю глаза, зная, что сейчас расплачусь. Меня всю трясет, но Алекс обнимает меня еще сильнее, и прямо сейчас я так ему за это благодарна. Кажется, еще секунда, и я бы просто рухнула на землю. Силы и так уже на исходе.

— Не плачь, моя хорошая, — успокаивает он меня, но я слышу, как он сдерживает себя. Его голос дрожит. Он быстро дышит. — Я клянусь тебе, что он пожалеет о том, что сделал. Он дал мне слово, что и пальцем тебя не тронет. Я улетал отсюда, надеясь, что твоя жизнь действительно станет такой, как ты и хотела. Господи, Джеки, как же я ошибся.

Вспомнив, что позади меня стоит отец, который, как и Алекс, впервые обо всем узнал, нахожу в себе силы, освободиться из объятий парня и повернуться к Кристоферу Гранту. Перед тем, как появился Алекс, я не хотела наблюдать за его реакцией, но было ясно, что он шокирован. Я хотела продолжать. Рассказать все до самого до конца, чтобы он, наконец, все узнал. Чтобы он ощутил хотя бы каплю той боли и ненависти, которые жили во мне все это время.

Взглянув в его пустые глаза, которые все еще смотрят на меня с жалостью, становится действительно легко. Как будто я выпустила наружу внутреннего змея, который отравлял мою душу. Если бы я знала, что мне станет легче, давно бы уже это сделала.

— Твоя мать знала об этом? — Его низкий голос мог бы напугать меня. Раньше. Когда я еще была наивной дурочкой Джеки.

— А как же. Кто по-твоему помогал мне выбраться из той ямы, которую мне собственноручно вырыл Томпсон? А там еще появился и ты со своими деньгами, — презрительно говорю я, но мой голос переходит на шепот.

— Моя мать знает обо всем? — Он кивает в сторону больничной палаты бабушки.

— Бабушка? Нет. Она ничего не знает. И ты не посмеешь ей ничего рассказать. Я возненавижу тебя, если ты это сделаешь, — предостерегаю я его.

Отец отводит взгляд в сторону и делает глубокий вдох, словно пытается собраться с мыслями. Понятия не имею, что у него сейчас на уме. Я давно перестала его понимать. В последнее время за него все говорили поступки.

Отец подходит к двери, ухватившись за ручку, но резко обращает взгляд на меня.

— Я знаю, ты злишься на меня за все, что я сделал. Я хочу поговорить с тобйо обо всем наедине. Не сейчас, чуть позже. Мне нужно…осмыслить все, что ты сказала. Я сделал тебе и твоей матери больно. Я не буду этого отрицать. Я сожалею, — вздыхает он. Во взгляде мелькнула печаль. — Мне искренне жаль, что ты…пережила все это. Но ради своего же блага, остановись. Не совершай новых ошибок, о которых ты потом будешь жалеть.