***

Саске проснулся необычайно рано. Скорее всего, именно по той причине, что лег ещё тогда, когда на часах не было и восьми вечера. Что удивительно, он быстро заснул — может, отчасти потому, что предыдущую ночь так и не мог быстро погрузиться в сон, думая, что происходило между ним и Сакурой. А теперь, когда он проснулся после вчерашнего разговора, ему показалось, что он запутался ещё больше. Даже сейчас, стоя под утренним душем, он никак не мог понять, чего Сакура пыталась добиться. Вчера она довольно ласково и тепло с ним поговорила, дня три же назад пыталась замять разговор на тему их отношений…

Покачав мокрой головой, он наконец выключил душ. Особенно он не завтракал: к чему, когда можно будет сделать это в каком-нибудь кафе вместе с Харуно? Мужчина ограничился чаем с парой бутербродов и, как следует вытерев голову — хотя получалось это у него не очень-то хорошо, — принялся собираться. Сегодня выбор пал на привычные бриджи и белую майку. Правда, Саске понимал, что к концу дня она будет мокрой, испачканной сладкой ватой или мороженым — его это не волновало. Наконец одевшись, он взял телефон, деньги и покинул квартиру, заперев её и направившись к дому Сакуры.

Стоял полдень. Солнце уже вступило в свои права, и теперь раскалённый воздух оседал на лёгких каждый раз, когда его втягивали люди. Становилось невероятно жарко, и Саске ничуть не пожалел, что надел только майку, не накинув сверху рубашку или что-то ещё. Хоть на небе и были заметны пушистые, местами перистые облака, больше напоминающие развевающуюся по ветру траву, намёка на дождь даже не было. И это было скорее хорошо, чем плохо: совсем недавно стояла пасмурная погода, и теперь горожане радовались вновь пришедшему теплу.

По пути мужчина зашёл в цветочный магазин, приобретя там три белых больших лилии, и направился в сторону дома Сакуры. Ему показалось, что он даже немного ускорился — как будто бы быстрее хотел подарить любимые цветы девушке. А может, просто стремился скорее увидеть её. Да, Учиха немало соскучился по Харуно — не только по её смеху, по её голосу, по её действиям и движениям, а по всему её образу. За целые сутки — а то и, наверное, больше — он не видел её ни разу: лишь вчера поговорил с ней по телефону.

То и дело он посматривал на часы, боясь, что не придёт к нужному времени. Впрочем, опаздывать было прерогативой Харуно, но никак не Саске — потому он подошёл к её дому практически к двенадцати часам, хотя в запасе оставалось ещё десять минут. Он бросил короткий взгляд в сторону её балкона, надеясь, что она не увидит его с цветами — тогда не будет никакого сюрприза. Зайдя в подъезд, дверь которого была привычно сломана, он подошёл к лифту. Прохлада первого этажа окутывала, принимала в себя, казалось, успокаивала. Ветер, попадающий сюда сквозь решётку вентиляции, приятно охлаждал разгорячённую кожу, и только сейчас Учиха понял, что торопился так, что по виску стекала капля холодного пота. Наспех вытерев надоедливую каплю кончиками пальцев, чуть потерев кожу до лёгкого покраснения, он вошёл в открывшиеся двери лифта, нажав на нужную кнопку этажа.

Интересно, ждала ли она его? Собиралась ли? Или проспала, как это могло бы с ней случиться? Невольно Саске усмехнулся, покачав головой, и вышел на седьмой этаж. Его чёрные глаза наполнились надеждой, когда он, подойдя к двери, легко нажал на звонок, опустив руку с цветами и чуть смутившись. Сколько раз бы он не дарил ей цветы, на его щеках всегда появлялся какой-то румянец от неловкости действий. Спустя какое-то время девушка принялась открывать ему дверь заметно быстро, как бы рывками. Неужели так рада его видеть?

— Привет, — она широко улыбнулась, наконец открыв мужчине дверь и распахнув её, посторонившись.

Саске ожидал её увидеть примерно в таком виде. На ней были свободные шорты и точно такая же свободная майка, оставшаяся ещё со студенческих годов — девушка записывалась в секцию по баскетболу и прекрасно играла, пока не вывихнула однажды ногу. Правда, на голове у неё сидело влажное полотенце — девушка небрежно спрятала волосы под него, чтобы оно быстрее впитало с них влагу.

— Я так и думал, — язвительно протянул Саске, покачав снисходительно головой. Пройдя в квартиру и прикрыв за собой дверь, он немного смущённо протянул ей три лилии. — Держи.

Не удержавшись, он наклонился, поцеловав её в щёку, и Сакура, приняв цветы, зарделась от стеснительности. Ей всегда нравилось, когда он дарил ей цветы, в особенности её радовало то, что Саске был внимательным мужчиной: он прекрасно знал, какие цветы она любила, в отличие от Алекса — Сакура попросту ненавидела розы, а он… «Роза!» — воскликнула она про себя, удержавшись от того, чтобы зажать рот ладонью от страха. Не дай боже, если Учиха внезапно решит прогуляться по её квартире и зайти на кухню — алый цветок стоял именно там в небрежной вазе. Правда, Сакура откровенно не помнила, налила ли в эту вазу воды или нет. Это уже не имело значения — девушка искренне надеялась, что цветок засох и его наконец можно выбросить.