– Не выходит у тебя каменный цветок? – Анджей приземлился напротив и утащил из рук у Саши фотографию. – Вот и у меня уже третий месяц не выходит. Как мы их только не переставляли – и слева направо, и справа налево, и верху вниз, и снизу вверх, Донар даже по диагонали и через одну пытался. Не работает – получается просто набор звуков.

– Для какого языка характерный набор? – Саша стащила с переносицы очки и устала потерла глаза.

– Не знаю, Саш. Отдаленно на древнегерманский, но… именно по набору звуков – в слова у меня их сложить не получилось, – он пригляделся к Сашиным записям. – О! Ты тоже начала их на составляющие разбирать?

– Мне кажется, это логично, – Саша покрутила очки в руке. – Я хочу разобрать его на отдельные руны и попытаться понять хотя бы культурологическую принадлежность. Что это? Заклинания? Какая-то Хроника? Или свод законов, по типу стелы с законами Хаммурапи?

– Ну да, логично… Слушай, пошли, поедим? – он бросил фотографию на стол и поднялся на ноги.

– Давай, а то мозги закипают уже. Кстати, ты вживую эту скалу видел? – Саша поднялась следом и сложила фотографии в папку.

– Видел. Через несколько дней поедем к ней еще раз, посмотришь. Тебе понравится, – хитро улыбаясь, Андрей кивнул в сторону двери. – Идем?

– Идем!

Начав работать с конкретным текстом, Саша поймала кураж. Постоянно думала о нем и прокручивала в голове проделанное за сегодня. Капля в море, конечно, но начало положено. Лингвистика – это вещь для людей очень усидчивых и дотошных. Расшифровали же шумерскую клинопись! Так что прорвемся!

Завалившись на кровать, она устроила перед собой ноутбук, установила кружку кофе в устойчивое положение и включила любимый фильм. Саша очень любила фильмы о войне. Эта страсть передалась ей от деда, прошедшего Великую Отечественную от Москвы до Кенигсберга и очень много рассказывавшего внучке о Красной армии и ее героях.

Саша с удовольствием наблюдала за персонажами в исполнении любимых с детства актеров. Даже зная фильм наизусть до последней фразы, она не уставала его пересматривать.

«…принимай аппарат! Махнул не глядя!» – на экране проплыли очертания трофейного «Мессершмитта», заставив Сашу резко податься вперед и остановить картинку.

Свастика.

Один из древнейших солярных символов. Донар с Анджеем говорили, что солнечные лучи падают на надпись неравномерно, освещая по одному куску. Если руны не выстраиваются в стандартные последовательности, то почему их не выстроить по лучам солнечного круга? Вот только сколько этих лучей брать за основу?... Ладно, начнем с четырех. Эх, спасибо тебе, командир поющей эскадрильи!

Натянув свитер, Саша тихонько сбежала на первый этаж и направилась в служебный блок. Расположившись за столом, она разложила перед собой фотографии и, выбрав одну, положила сверху лист тонкой кальки. Надо попробовать, чем черт не шутит?

Переведя руны по кресту, начиная с середины, Саша задумалась над тем, в какую же сторону поворачивать лучи. Решив двигаться по часовой стрелке, она сняла символы до краев рисунка и подняла кальку на вытянутых руках. Интересно-интересно…

– Сама додумалась? – голос, раздавшийся от двери, заставил Сашу вздрогнуть и оглянуться.

– А, это вы, Хведрунг. Доброй ночи, – она улыбнулась непроницаемому лицу стоящего в проеме мужчины. – Не совсем, с подсказкой.

– С какой еще подсказкой? – он отклеился от косяка и подошел к столу. Развернув стул и оседлав его верхом, он уставился на женщину немигающим взглядом.

– Фильм любимый посмотрела. Там подсказку и увидела, – она продолжала улыбаться, гадая, что же привело этого мрачного товарища ночью в рабочее крыло. Тоже светлая идея посетила?

– Фильм? – он саркастически изогнул бровь, всем своим видом показывая глупость этой фразы.

– Да, фильм. О Второй мировой войне. Там и углядела символ, – она кивнула на изображенную рунами свастику.

– Любишь фильмы о войне?

– Люблю. Мой дед воевал, я много знаю по его рассказам, – Саша поднялась из-за стола, ощущая себя совершенно лишней в этом кабинете. Этот зеленоглазый мужчина заставлял ее пугаться и смущаться одновременно. Наблюдал за ней, не отводя взгляда. – Хотите чаю?

Хведрунг ухмыльнулся в ответ, поднимаясь со стула и разом становясь на полторы головы выше.

– Хочу.

– Тогда вперед! – Саша преувеличенно бодро свернула кальку, упрятала ее в свою папку вместе с фотографиями и протопала к дверям. Хведрунг шел следом, вызывая непреодолимое желание оглянуться.

На кухне обнаружился одиноко сидящий Анджей. Хотя, почему одиноко? Компанию ему составляла симпатичная пузатая бутылка с янтарной жидкостью.

– О! А вы чего тут делаете? – он оглядел вошедших Сашу и Хведрунга осоловелым взглядом.

– Решили выпить по чашечке чая, – стоящий за спиной мужчина опередил Сашу с ответом и произнес эту фразу таким тоном, что бедолага Анджей должен был бы испариться без лужи.