Ледяной воздух обжигал легкие, заставляя кашлять и делать вздохи реже. Голова нещадно кружилась, мир начинал плыть перед глазами. Ноги, обутые в привезенные из дома унты, превратились в две еле двигающиеся ледышки, колени отказывались сгибаться. Мешающую, сковывающую куртку она давно бросила, оставшись в свитере, который уже успел промокнуть от жара ее тела и налипающего, забивающегося в рукава и ворот снега. Правая рука, на которую она приземлилась, нещадно болела, заставляла сбиваться еще сильнее и без того рваное дыхание.

Нельзя останавливаться. Только не останавливаться! Она снова рванулась вперед, к возвышающимся впереди скалам. Нужно туда! Там спасение, там она сможет спрятаться.

Позади послышался гул. Он постепенно нарастал, заставляя Сашу из последних сил бежать к заветным скалам. Осталось совсем чуть-чуть.

Выбравшись из снежной целины на прокопанную в ней дорогу, Саша, собрав остатки сил в кучу, рванула по ней. До скал оставалось около полукилометра, когда левая нога подвернулась, и она завалилась на бок, поминая все известные ругательства. Вставай, тряпка! Давай же!

Поднявшись на ноги, она, прихрамывая, упрямо пошагала к черным великанам, обещающим спасение. Еще чуть-чуть, добраться до пещеры!

Коснувшись руками ледяного камня, Саша ощутила неописуемый прилив радости: она добежала. Она смогла. Еще триста метров. Еще совсем чуть-чуть.

У самого входа она оглянулась и замерла, увидев в нескольких шагах высокую мужскую фигуру, закутанную в красный плащ, ярким пятном выделяющийся на окружающем снежном, освещенном луной фоне. До ее слуха донесся мягкий, спокойный баритон:

– Бежать было бесполезно. Тебя найдут и догонят, где бы ты ни была.

– Я просил оставить ее, – из пещеры, мимо насмерть перепуганной женщины скользнули два ярких зеленых огня, и она увидела на противоположной стороне входа высокую фигуру в золотом шлеме с изогнутыми рогами. Темнота не позволяла разглядеть лиц, но голоса показались ей знакомыми.

– Никто не вправе нарушить Равновесие! – выкрик и последовавший за ним рев застали Сашу врасплох. Она успела лишь повернуть голову, чтобы увидеть, как в ее сторону летит что-то большое и светлое. В следующую секунду удар сорвал ее с места и бросил в глубь пещеры, окутывая первозданной темнотой и болью. Саша закричала, вкладывая в этот крик весь свой ужас, и... проснулась.

Она сидела за столом в своей комнате, уткнувшись головой в стол рядом с ноутбуком. Кот, потревоженный ее криком, запрыгнул на стол и обеспокоенно смотрел мерцающими в темноте угольками глаз на растрепанную хозяйку.

– Мяу? – он вопросительно наклонил голову и ткнулся мордой в Сашину щеку.

– Напугала тебя непутевая хозяйка, мой хороший? – Саша сгребла слабо сопротивляющегося кота со стола и устроила на руках. – Ну, прости. Мне сон плохой приснился. Блин, а чего так холодно?

Она оглянулась – ну да, сама же специально открыла форточку, чтоб комнату проветрить. Вот дура-то. Перезанималась и уснула над раскрытым ноутбуком. Замерзла, шею отлежала. Тут не то, что погоня с пещерой, тут черти в бикини привидятся!

– Пойду я чаю выпью, да покурю, – она чмокнула Тома в сухой нос и поднялась со стула. Усадила кота на кровать, оглядела полутемную комнату и прикрыла за собой дверь, направившись на кухню – успокаиваться.

Найдя в шкафу зефир и соорудив себе чай с какими-то травами, Саша включила вытяжку и устроилась за столом. Прикурив сигариллу и выпустив плотную струйку дыма, она погрузилась в мысли.

Уже неделя, как она работает в паре с Хведрунгом, и третья неделя ее пребывания здесь. Тем вечером, когда Донар официально сообщил ей о разделении команды, она морально готовилась к худшему: работать в паре с человеком, ведущим себя подобным образом и, по-видимому, обладающим мерзким характером, ей казалось делом сложным и требующим немалого терпения. Однако, все оказалось не так плохо. Ее новоиспеченный начальник, хоть и обладал не в меру острым языком и склочным нравом, особо ее не трогал и сыпал едкими комментариями только тогда, когда она делала реальные глупости. Зато Джейн, Анджею и Дженет доставалось по полной. Получив Сашу в свое подчинение, он высмеивал оставшихся за малейшие проколы и неосторожно сказанное слово.

Однажды вечером заплаканная Джейн ворвалась в комнату к Саше и потребовала повлиять на Хведрунга. На вопрос о том, как она это может сделать, американка заявила, что ей плевать, но если Саша этого не сделает, она пожалуется Донару. В ответ Саша пожала плечами и отправила ее напрямую к начальству, подумав про себя, что меньше всего ей хочется влезать в эти склоки. Не нравитесь друг другу – разбирайтесь сами. А ей и так есть чем заняться.

Был факт, до сих пор Сашу немало удивляющий: Тому понравился Хведрунг. На Донара он просто кидался, на остальных членов команды реагировал более чем холодно, а к этому черноволосому хмырю пришел сам. Кот свободно гулял по дому и забрел на кухню во время общего ужина. Две пары зеленых глаз встретились, и кот, вальяжным шагом пройдя через кухню, встал на задние лапы, передними лапами упираясь в стул Хведрунга.

– Мяу! – требовательный возглас не был оставлен без внимания. Кот был поднят сильными руками на уровень лица мужчины, внимательно осмотрен и посажен на колени.

– Ну ты и предатель, животное! – Саша удивленно смотрела на довольно мостящегося на незнакомых коленях кота.

– Он просто знает, с кем надо дружить, – человеческие зеленые глаза смотрели на Сашу с нескрываемой усмешкой. – Ты ревнуешь?

– Да боже упаси! Хоть кто-то ему нравится кроме меня, привереде этакой!

Работа двигалась. Применив схему разложения рун в линейную последовательность по линиям свастики, Саша постепенно увеличила количество лучей сначала до шести, а потом до восьми. Картинка нарисовалась весьма и весьма увлекательная: руны, которые при попытке стандартного их прочтения представляли собой кашу из символов, при расположении по линиям солнечного колеса дали вполне ясную последовательность, похожую на какой-то связный текст. Осталось только додуматься, как его прочитать. Запросив все известные ей учебники по криптографии, Саша пыталась найти тот “якорь”, который бы дал возможность построить вокруг себя слова и связать их в текст.