Слезы мгновенно высохли, и Дорме хрипло выдохнула, когда почувствовала дикий, всепроницающий ужас, захвативший все существо. Хотелось бежать, спасаться… Все инстинкты вопили об этом, умоляя ее исчезнуть.

Ни разу еще Дорме не видела Скайуокера в гневе, и, пожалуй, никогда в жизни не хотела бы повторить этого опыта.

От непоправимого шага Энакина остановил плач резко проснувшихся малышей.

Почувствовав Темноту, окутавшую комнату, они проснулись, разрезая воздух рваными криками.

– Благодари детей, - осознавая, что едва не сорвался, прорычал ситх. – Вон.

Загоняя зверя, грозящего вырваться наружу, последний раз кидая злобный взгляд резко ставших из сапфировых оранжевыми глаз на женщину, Энакин приблизился к люльке, окутывая маленькие солнышки спокойствием, от которого сейчас не отказался бы и сам.

Сзади послышались резкие шаги… Дорме кинулась на выход едва ли не бегом.

«Что теперь будет?»

Он успел отлететь так недалеко… Стоило вернуться на несколько минут пораньше, и информация никогда бы не всплыла наружу, похороненная вместе с тайной о внезапном исчезновении нового директора ИСБ.

Казалось, он уже почти успокоился, однако, при одном единственном упоминании Айсарда внутри вновь полыхнул огонек ненависти, постепенно разгорающийся в костер. Этот служака непременно доложит обо всем Палпатину…

Внезапная догадка пронзила разум.

«Айсард и был послан учителем», - внезапно понял Скайуокер. – «Пусть только попадется мне на глаза» …

Однозначно, долго после этого директор ИСБ не проживет. Судя по всему, уже в тот же день внезапно пропавшему Арманду будут искать замену…

Однако, с Палпатином все обстояло несколько сложнее. Оставалось лишь надеяться, что он не воспримет эту новость как личное предательство. А судя по всему, если конечно Энакин понимал его характер правильно, он воспримет это именно так…

Конечно, маленькая вероятность появления «доброго дядюшки» существовала, но… она была чудовищно мала, будто насекомое по сравнению со слоном.

Аккуратно, будто самое дорогое сокровище в мире, Энакин обнял малышей Силой.

«Никому вас не отдам».

Пусть даже все силы ада придут за ними, выстраиваясь в очередь у его порога, они уйдут ни с чем.

– Эни… Что случилось?

Встревоженный голос жены заставил вздрогнуть Скайуокера, глубоко погрузившегося в обуревающие эмоции. Он даже не заметил ангела, которая вернулась домой…

– Что ты сделал с Дорме? – ошарашенно спросила она. – Когда я приехала, она чуть ли не бегом направлялась в свою комнату, вся в слезах…

При одном упоминании дуры, которой они доверили детей, внутри вновь вспыхнул пожар.

– Поверь, ничего из того, чего мне бы хотелось, - стиснув зубы, проговорил Энакин, пытаясь успокоиться. – Она пустила в нашу квартиру Айсарда. Он теперь знает, что у нас в детской.

На мгновение Падме замерла, пытаясь осмыслить только что сказанное.

«Палпатин знает», - пронеслось в голове.

Лишь вовремя подставленные руки мужа спасли ее от падения на пол. Едва сдерживаясь, он подхватил ангела на руки, одним прикосновением заставляя ее вновь прийти в сознание.

Что ж за день-то сегодня такой…

Молча, сложив пальцы в замок, Палпатин сидел в своем кабинете, едва не разрываясь на части от любопытства. Он знал, что Айсард принес ему новости, принес ему ту самую завораживающую тайну, которую так тщательно пытался скрыть Энакин…

Однако, поскольку мысли в голове директора ИСБ роились будто разъяренные пчелы, понять, что это за тайна, Сидиус никак не мог. Да, конечно можно было вывернуть ему разум, но… директор еще был полезен, да и он не совершил ничего предосудительного. Даже наоборот… Потерпеть еще несколько секунд – не страшно.

Он, в качестве тренировки своего терпения, разумеется, даже вытерпел долгие приветствия Айсарда.

– Ваше величество, в квартиру я не заходил, - наконец начал Арманд. – Но мне хватило и нескольких секунд.

За короткими словами, внушающими столько надежды, последовала типичная интриганская пауза, которая, однако, быстро кончилась, стоило Сидиусу на секундочку приоткрыть перед директором ИСБ свою тщательно скрытую Силу.

– Как Вы и велели, я сделал основной упор на Апалайну, - слегка дрожащим голосом продолжил Айсард. – Мне открыла дверь служанка, и я передал ей конверт, напрасно намекая на законы вежливости. Она буквально закрыла дверь перед моим носом, выталкивая наружу, но… Я все же успел услышать детский плач.