– Спасибо, Джулия, - Басс едва заметно улыбнулся ей, потом перевел глаза на ее мужа и кивнул перед тем, как направить лошадь в противоположном направлении от движения колонны. – Том.

Вдалеке первая молния рассекала натрое небо, и одновременно с первым раскатом грома порыв ветра вихрями взметнул залежавшуюся пыль.

========== IV-Глава XXIX: Майлз. “Remember South Bend?” ==========

ДВА ГОДА И ПЯТЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ ПОСЛЕ ОТКЛЮЧЕНИЯ

Монро опустил на землю ведро с водой и, прежде чем разогнуть спину, в очередной бесполезной попытке пригладить отросшие кудри провел рукой по волосам, пытаясь пятерней зачесать их назад.

– Басс, - робко позвали его сзади.

Себастьян обернулся на ставший за этот год таким родным голос. Шелли нервно улыбнулась ему и сцепила перед собой руки - как будто боялась чего-то.

– Что-то случилось? – обеспокоенно нахмурился Басс. – Что… Что случилось?

Он подошел к женщине и бережно расцепил ее руки, сжимая в своих ладонях.

– Что такое? – заглядывая Шелли в лицо, повторил Монро.

– Я… - она опустила глаза в землю. – Пойдем в палатку, я не хочу говорить об этом здесь.

Монро мрачно последовал за ней. В голову начало лезть все, что угодно, начиная от того, что Шелли чем-то заболела, и кончая тем, что что-то случилось с Майлзом, отправившимся сегодня с утра с отрядом скаутов вперед по дороге.

Ни о том, ни о другом думать категорически не хотелось.

Едва только Себастьян опустил за собой выгоревший тент, Шелли присела на край спальника и показала рукой на место рядом с собой. Монро молча опустился на указанное место и замер, ожидая плохого.

Шелли все молчала, и в голову на этот раз пришло воспоминание четырехлетней давности: он, все еще грязный с дороги и абсолютно вымотанный и физически, и эмоционально, стоит в морге рядом с телами своей семьи и ждет, когда откроют белые клеенки – ждет одновременно с пустой обреченностью и слабой надеждой на то, что это все же не они.

Рядом с ним – за ним – чуть касаясь его плеча стоит Рэйчел, и ее всегда яркие глаза сейчас почти такие же тусклые, как и у него самого.

Он тогда даже не заметил этого – лишь потом, через год, восстанавливая эту сцену у себя голове, он обратил на это внимание.

– Басс, - наконец выдохнула Шелли, и Себастьян мгновенно вернулся в реальность, отметая воспоминания на задний план.

Шелли судорожно вздохнула и на одном дыхании, видимо, боясь, что если не решится сейчас, то не решится вообще, выпалила:

– Я беременна. Он твой.

Монро моргнул. Суть услышанного еще только начал разворачиваться в его голове, а сердце уже екнуло и странным щемящим чувством отдало под ложечкой. Басс открыл рот, но не нашел, что сказать, – и, издав сдавленный смешок, снова закрыл его, способный сейчас лишь на неверяще-счастливую улыбку.

Увидев выражение лица, вся неуверенность исчезла с лица Шелли – и сама женщина широко улыбнулась, прежде чем потянуться к Монро, взять его за руку и положить его ладонь себе на живот.

– Я… - она снова опустила глаза, но теперь уже от чего-то нового – от… Стыда? – Я не была уверена в твоей реакции. Прости меня, Басс. Прости, я сглупила.

– Шелли, - шепотом позвал Монро, приподнимаясь со своего места и садясь перед ней на корточки. – Шелли, я люблю тебя. И я уже люблю нашего малыша. Это…

Себастьян набрал полную грудь воздуха и свистяще выдохнул сквозь зубы, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Слишком хорошо. После гибели его семьи Басс не был уверен в том, что с ним еще может произойти что-то хорошее.

– Спасибо тебе за то, что хочешь этого ребенка, - вновь сжимая ее руки, прошептал Себастьян и, наклонив голову вбок, заглянул Шелли в глаза. – И за то, что ты здесь…

– Прекрати этот пафос, - улыбнулась та одновременно с тем, как Монро закончил:

– … с таким придурком и неудачником, как я.

Женщина закатила глаза и, освободив одну руку, попыталась ткнуть его в бок, но Себастьян уклонился, снова садясь рядом, и обнял женщину за плечи. Та мгновенно повернулась к нему и уткнулась носом в плечо, успокоенно вдыхая знакомый запах.

– Как хорошо, что ты здесь, - едва слышно прошептала она.

Себастьян заключил Шелли в кольцо собственных рук.

– Басс… - женщина внезапно подняла голову, и ее карие глаза блеснули беспокойством. – Басс, пообещай мне не погибнуть в бою. Я знаю, что не отговорю тебя от войны – в конце концов, я позволила нам поехать, а не остаться, – и мы оба знаем, что мне тяжело далось это решение. Я отпустила нас сюда только потому, что понимала, что ты не сможешь быть счастлив и спокоен, когда твой брат неизвестно где и неизвестно, что с ним. Но пообещай мне, Басс…