И это – нормально. Это то, что нужно нам обоим.

– Конечно, так и было, - отвечаю. – Ты целовал Ирен. Это понятно. Ты в нее влюбился. Уже влюбился, наверное. Она тебя обставила. Наверное, это тебя поразило.

– Нет, - возражаешь ты. – Я знал, что целую тебя. Хотел поцеловать именно тебя. Я твой и верю только тебе.

Такого он не скажет ни за что и никогда. Хоть миллион лет пройди. Наверное, рассказ вогнал меня в романтический настрой. Надо бы его еще раз просмотреть. Не хочу, чтобы у читателей было ложное впечатление.

– Через несколько часов будешь в полном порядке, - я возвращаюсь к сценарию. Я сказал это тогда, хотя ты был без сознания и ничего не слышал. – Я буду рядом, если понадоблюсь.

Ведь так оно и будет. Я всегда рядом, если нужно, Шерлок. Всегда.

Он не отвечает. Лежит неподвижно. Но я слышу Его дыхание. И я нащупал пульс. Это приносит облегчение. Быстрый, ровный пульс. Сейчас еще не «тогда», я не перед больницей святого Варфоломея. Пока еще нет. Он любит спать с открытым окном, и я его слегка приоткрываю. Впускаю ее. Знаю, что впускаю. Но я всегда открываю окно для Него. Всегда.

Я знаю тебя, Шерлок. Но я не могу понять, почему ты ушел.

– Почему ты так поступил, Шерлок? Почему меня оставил?

Слушаю Его дыхание. Он ждет появления Ирен, ждет, когда Его поцелует она. Не я. Не сейчас, не здесь и никогда. Между нами совсем другое, и никогда не было иначе. Ухожу, закрыв дверь не до конца. Воспоминание заканчивается именно здесь и именно так, потому что это – то, что случилось в реальности. А все остальное – лишь изощренная игра моего воображения. Все равно, что заглянуть во все углы, воспользоваться всеми предоставленными шансами. Ничего более. Это и есть подведение черты? Проиграть все со всех сторон, пока не останется единственный итог – то, что случилось на самом деле.

Он не отвечает. Не может ответить. Прийти к осмысленному ответу не в моих силах. Поэтому молчит Он. Он без сознания, спит мертвым сном.

Закипает чайник.

Заварю чай и снова внесу правки. Не хочу, чтобы у читателей возникло ложное впечатление. Это не романтическая история. Это – приключенческий рассказ.

______________________________

От переводчика

* Строчка из песни группы The Troggs – «Love Is All Around»

Прослушать можно тут

Ознакомиться с текстом – тут

Важно! По ссылке текст и перевод этой песни в исполнении групп Wet Wet Wet.Они ее перепели, но текст остался прежним.

** Проекция - психологический процесс, относимый к механизмам психологической защиты, в результате которого внутреннее ошибочно воспринимается как приходящее извне. Человек приписывает кому-то или чему-то свои собственные мысли, чувства, мотивы, черты характера и пр., полагая, что он воспринял что-то приходящее извне, а не изнутри самого себя.

В качестве защитного механизма проекция позволяет человеку считать собственные неприемлемые чувства, желания, мотивы, идеи и пр. чужими, и, как следствие, не чувствовать за них ответственность. Но этот же механизм лежит в основе эмпатии: человек не может непосредственно ощущать внутреннее состояние другого человека, но может сопереживать, реагируя на различные проявления этого состояния. В результате действия проекции эти реакции воспринимаются как непосредственное ощущение чужого состояния. В большинстве случаев такая эмпатия повышает взаимопонимание людей.

]

========== Глава 9: Романтическое убеждение ==========

Всего один взгляд на пассажиров в вагоне, и ты смог бы рассказать о них не меньше дюжины историй. Даже метро для тебя – страна чудес, полная информации, где на жестких сиденьях расположилось сборище фактов о привычках и ошибках. Все данные наскоро записаны на одежде и телах, ждут, когда их прочтешь ты.

Но остался только я.

Для меня здесь есть только томительное ожидание, стук колес по рельсам и слишком большое скопление тел. Стекающая с зонтов вода. И люди - старые и молодые, стройные и полные. Запахи: духи, шампуни, пот, дезодоранты. Все стараются не смотреть друг на друга. Сельди в бочке. Переступающие ноги. Вот и все, что вижу я.

Ты видишь, но не наблюдаешь. Твое обычное замечание. Что ж, ладно. Попробую.

Мужчина напротив меня носит очки. Ничего особенного. Многим они нужны. У него плохое зрение, может – астигматизм. Коричневая оправа с позолотой по краям. Никакой дедукции, просто констатация фактов. Ему нужны очки.

Да. Превосходный анализ, Джон. Но я надеялся, ты копнешь поглубже.

Обувь мокрая, как и у меня. Тоже ничего особенного. На улице дождь и лужи. Из этого я могу заключить только одно: он, как и я, шел до метро пешком. За этим для меня не стоит никакой истории.

Да не об историях речь, Джон. Факты. Вот что важно.

Он читает что-то вроде календаря. Кто будет изучать календарь? Фермер? Не похож он на фермера.

Хотя, как еще должен выглядеть фермер в центре Лондона? Ведь, в самом деле, не появится же он в метро в перепачканном травой твидовом костюме и с вилами в руках. А, может, и появится. Ты же как-то ездил в метро с гарпуном. Весь перемазанный свиной кровью. Боже, воображаю, как на тебя, должно быть, таращились.

Тем утром ты спустился в метро и тут же принялся слать сообщения. Шесть СМС. Я помню. Я сохранил их.