– Слушаю, - раздраженный голос в три ночи вполне оправдан. Кто бы там ни звонил, дружеского «алло» он не заслуживает. Он прекрасно знает, что разбудил меня. И я очень надеюсь, что мой голос не разбудит Мэри. Она ужасно раздражительная, когда не выспится.

– Здравствуйте, Джон.

Ну и ну. Майкрофт Холмс. Прошли годы с тех пор, как мы говорили в последний раз, без шуток, но голос я узнал тут же. Ну, точнее прошло примерно полтора года, если все подсчитать. Всего два слова, и я его тут же узнал. Судя по тону, он не изменился ни на йоту. Все такой же скользкий и высокомерный. По звукам похоже, что он сидит у себя в клубе и потягивает скотч. Как будто позвонил мне в три часа дня, а не, мать его, ночи. Ну и чертовщина. Майкрофт Холмс.

Голос его ни капли не похож на голос брата. Ни капли. Если судить по голосам, то едва ли можно предположить, что они друг друга знали, не говоря уже о том, чтобы догадаться об их родстве. Майкрофт впитал в себя всю напыщенность и высокомерие интонаций. Шерлоку они были несвойственны. Совсем.

– Майкрофт?

Что за чертовщина творится? Какого хрена он мне звонит? Какое ему теперь до меня дело? Он не станет звонить просто так, если ему ничего не нужно. У меня нет ничего. Книга еще даже не вышла. Может быть, он прибрал к рукам экземпляр для рецензентов? Да что там, не «может быть», а точно. Прочел все до последнего слова, или кто-то это сделал за него. Провел пальцем по строчке посвящения – «Для Ш. С любовью», - а ведь он знает, что это значит. Неловко. Возможно, решил устроить мне разнос из-за чего-то. Никаких семейных тайн я не раскрыл, тут он не сможет поспорить. Всего лишь дал литературно обработанную версию истории о «Баскервиле» и воображаемом хаунде. Я даже не упомянул его имени, решив, что именно это он одобрит.

– Рад, что наше знакомство, Джон, произвело на вас столь неизгладимое впечатление, что вы до сих пор узнаете меня по голосу. Крайне польщен.

Скользкий засранец.

– В чем дело?

– О чем вы?

И как ему только удается повернуть разговор так, что именно я чувствую себя грубияном? Господи, Шерлок. Твой чертов братец.

И не говори.

Опа. Шерлок. Господи, твой голос мне не чудился уже… очень давно. Я Его давно не впускал, давно не вел воображаемого диалога, в котором чувствовалось, что я скорее вкладываю собеседнику свои слова, нежели слушаю Его собственные. Но эта реплика сейчас была точно Его. Шерлок. Снова вломился в мое сознание. Черт тебя дери, Майкрофт, это ты его вернул. Хотя, должен признать, слышать Его снова довольно приятно. Я скучал по тебе, Шерлок. Скучал ровно так, как и думал. А ты ни капли не изменился.

Если на то пошло, то ты и не можешь измениться.

– Зачем вы звоните мне в три ночи?

– О, у вас настолько поздний час? Приношу свои извинения. Я сейчас нахожусь в закрытом помещении в… впрочем, подробности вам ни к чему. Достаточно будет информации, что это местоположение засекречено. Я даже и не обратил внимания на время. Как ваши дела, Джон?

Как мои дела?

– Эм…

Понятия не имею, как ответить. Меньше двух минут назад я крепко спал, потом готов был продырявить пробравшегося в квартиру грабителя, а теперь меня спрашивают «как дела». В три часа ночи. Никаких извинений, сплошные вопросы. Бессмысленные, банальные, каверзные. Как у меня дела, значит?

– Спасибо, нормально.

А что я еще должен был ответить? Разве существует единственно верный ответ? Это всего лишь подготовка. Он просто смазывает шестерни. Он что-то затеял. Ему наверняка что-то от меня нужно. Чтобы я что-то для него сделал. Наверняка. Иначе с какой стати ему мне звонить из секретного убежища с бокалом скотча в руке?

Он как злодей из бондианы. Ты – герой, он – злодей. Рядом с ним ты всегда будешь героем.

А может, он просто скучает по брату, а я был к тому ближе всех. Больше ведь не получится просто взять телефон и набрать номер Шерлока. Мне знакомо это чувство. Может, у него день рождения, а до Шерлока больше не достучаться, вот он и звонит мне. Что ж, Майкрофт, с днем рождения в таком случае. Твой брат по-прежнему мертв. Несправедливо, да?

Понятия не имею, когда он родился. Шерлок, скорее всего, намеренно игнорировал дату. Может, в этот день он нарочно нарушал как можно больше законов, просто из вредности. Ха! Возможно, это так и было.

Шерлок, он тоскует по тебе? Представить себе тоскующего Майкрофта… задача не из легких, не говоря уж о том, чтобы допустить мысль, что он будет вести себя соответственно. На похоронах он откровенно скучал. Не остался, уехал сразу же, прижав к уху телефон. Как будто он еле выкроил минутку, чтобы вообще их посетить. Он заботился о брате только до определенного предела. Он предпринимал все возможные меры, но я не знаю, затронула ли его эта история на самом деле. Может, он просто вздохнул с облегчением: дыра в системе безопасности закрыта. Все считали психопатом Шерлока, а я склонен думать, что это скорее применимо к Майкрофту.

– Что вам от меня нужно, Майкрофт?

– Джон, - укоризненный тон. Этикет прежде всего, так что ли? Даже в три ночи.

Ну уж нет. Не позволю выдергивать меня куда-то из моей жизни. Никаких больше просьб. Все. То время ушло безвозвратно. Я справился. Это с Майкрофта началось падение Шерлока. Он его подтолкнул. Если и винить кого-то во всем, то именно его. И я этого не забуду.

– Я всего лишь хотел удостовериться, что с вами все… хорошо.

Хорошо?

Вот черт, Мэри. Она вылезает из кровати. Утром она точно будет не в духе. У нее встреча в восемь, она будет вялой, будет раздражаться. Отвезу ее на работу, приготовлю ей завтрак. Она и так слишком часто не высыпается из-за моей бессонницы, только «помощи» Майкрофта в этом ей и не хватало.

– Я в норме. Теперь можно уже вернуться в кровать?

– Разумеется, - отвечает он. – Приношу свои извинения.

Ну да. Извинения, в искренность которых я не верю. Зачем он звонит? Что, черт подери, происходит?

– Выражаю соболезнования по поводу кончины вашей сестры. Я знаю, как тяжело, - пауза, как будто он собирается с духом, - потерять кого-то столь же близкого. Даже если не особенно с ним ладил.

Понятия не имею, что на это ответить. Он не связывался со мной, когда она умерла. Не приехал на похороны. Он ее не знал, так с какой стати ему это делать? Если честно, то он и меня едва знает. Так зачем ему упоминать об этом сейчас, несколько месяцев спустя? Зачем звонить? Не понимаю.