– Малгожата Стшелецка, – по буквам продиктовала я. – Она полька. Если тебя так пугает ее имя, то лучше забей. В польском языке полно шипящих и сложных сочетаний согласных. Язык сломаешь.

– Финнеганов трудностями не испугаешь, – сурово проговорил Шеймус, – а девочка классная!

Малгося действительно была красавицей с легким приятным характером. Ну, удачи нашему ирландцу на тернистом пути лингвистики.

– Парселтанг какой-то, – пробормотал тот.

А вот Снейп долго сверлил меня суровым взглядом.

– Мисс Крауч, признаться, я удивлен, что вы еще находите время для тонкой науки зельеварения.

– Я помогаю налаживать международные контакты, сэр, – сказала я, – мой дед считает это важным. И Дамблдор что-то такое говорил.

– Дамблдор, – пробормотал Снейп. – Везде Дамблдор… Мисс Крауч, вам стоит быть осторожнее. Иностранцы уедут, а ваша репутация останется.

– Сэр, – сказала я, – Малфой от иностранцев вообще не отходит.

– Мистер Малфой может себе это позволить.

Я почувствовала, как мои глаза становятся большими и круглыми.

– Э-э-э, сэр? Вы на что намекаете?

– Я ни на что не намекаю, мисс Крауч. Просто вам стоит быть осторожнее, только и всего. А сейчас приступим. Вы разобрали рецепт зелья, который я вам дал на прошлом занятии?

– Да, сэр, – сказала я, доставая пергамент, – вот.

Е-мое, чего это с ним, а? РЕВНУЕТ?! Ну, ни фига себе, сказала я себе…

Но Снейп ничего большего себе не позволил. Я же старательно варила довольно сложное зелье, выводящее из организма большинство ядов минерального происхождения, изредка задавая вопросы по существу.

– Мисс Крауч, – сказал Снейп, осмотрев и одобрив полученный результат, – вы действительно знаете русский?

– Да, сэр. Вам нужно что-то перевести? Я с удовольствием.

– Это будет очень любезно с вашей стороны, мисс. Тем более что вы не перепутаете термины, чем грешат многие переводчики. У меня есть несколько статей на русском, так что, если вы переведете…

– С удовольствием, сэр.

– Тогда я дам вам статьи после следующего урока.

Дверь распахнулась без стука. Это кому тут жить надоело? В лабораторию влетел Каркаров в маловменяемом состоянии.

– Северус… – начал он, заметил меня и остановился.

– Пожалуй, мне пора, сэр, – проговорила я, убирая рабочее место.

– Вот это зелье мы будем разбирать на следующем занятии, – протянул мне пергамент Снейп.

И я вышла в коридор. Очень интересно! В каноне Каркаров переживал из-за активизировавшейся метки. Но я точно знаю, что у Барти ничего не темнело и не зудело. Ни на первом курсе, ни позже. Если что, спрошу на каникулах, конечно. Но Барти и на «Волдеморта» не реагировал. И что тут у нас в Хогвартсе такое? Фабрика по производству Волдемортов? Как бы узнать…

Соревнования по полетам прошли на высочайшем уровне. Желающих было море, гости заняли две трибуны. Школы и факультеты подбадривали своих. Взрывались хлопушки и файеры, в воздухе реяли флаги и вымпелы. Появились и рекламные щиты. В том числе и магазинчика Браунов. Мистер Браун снова изготовил памятные значки для участников и медали для победителей.

Присутствовала пресса. Да уж, раскрутили мы новый вид спорта.

В этот раз перед началом слово взял и мой дед, так как соревнования внезапно оказались еще и международными. Хэнкс призвал всех к честной игре и объявил жеребьевку. В этот раз я оказалась тринадцатой. Самое ведьминское число! Ну, держитесь! Мертвые петли – наше все. И четвертная бочка. И финт Вронского.

Мэгги опять не стала участвовать.

– Я лучше буду за тебя болеть, – сказала она, – вместе с девочками. Мы речевку выучили и новые плакаты нарисовали.

– Тогда я точно выиграю! – улыбнулась я.

Выиграть, правда, не удалось. Но мы с Малфоем удержали свое второе место. Первое разделили Поттер и Крам. Третьим был Поляков.

А потом была пирушка в Большом Зале.

– Это здорово! – слышалось со всех сторон. – Вот бы каждый год так!

– Можно будет и в квиддиче соревноваться, и в полетах, – сказала я гриффиндорцам, – ведь действительно это интереснее, чем только внутришкольные соревнования.

Дин Томас уплетал мороженое.

– А вечером будут танцы, – коварно улыбнулся он, – я тоже кое-что раздобыл.

– Что раздобыл? Что?

– Сюрприз! – хитро улыбнулся Дин.

Сюрпризом оказалась занятная конструкция из красивых раковин явно из южных морей. Улыбающийся Дин немного поколдовал, и в гостиной раздалась приятная ритмичная музыка.

– Регги! – обрадовалась я. – Дин, это чудо! Откуда у тебя?

– Дед с бабкой из Вест-Индии приехали, – рассказывал Дин, – эта штука дома хранилась. Я понятия не имел, что она волшебная. Мама тоже считала, что это просто память. А тут случайно зашел в один магический магазинчик, а там тоже такое. Мне починили и настроили, новых мелодий закачали и прислали. Не все же Гермионину шкатулку мучить.