Поэтому я и говорю: «Кто разума совсем лишен...». И несущий колесо снова сказал: «Ведь всякий человек, опутанный дьяволицей несбыточных и дурных надежд, становится посмешищем. И хорошо ведь говорится:

Овладевший золотом спросил: «Как это?» Он рассказал:

«Жил в одном городе брахман по имени Свабхавакрипана [486] . Был у него горшок, наполненный крупой, остававшейся от еды, которую он получал в милостыню. Повесив этот горшок на гвоздь в стене и поставив под ним кровать, он не сводил с него глаз. И однажды ночью он подумал: «Горшок этот доверху наполнен крупой. Если случится голод, я выручу за него сотню рупий. И затем на эти деньги я куплю пару коз. Каждые шесть месяцев они будут давать приплод, и так у меня будет стадо коз. Затем за коз я получу коров. Когда коровы дадут приплод, я продам их потомство и получу затем за коров буйволиц, за буйволиц — кобылиц. От приплода кобылиц я получу множество коней. Продав их, я добуду много золота. На золото я выстрою дом с четырьмя покоями [487] . И затем придет кто-нибудь в мой дом и выдаст за меня прекрасную дочь с приданым. От нее родится сын. Я дам ему имя Сомашарман. Затем, когда его уже можно будет качать на коленях, я возьму книгу и, сев за конюшней, стану ее изучать. Между тем Сомашарман увидит меня с колен матери и, желая качаться на коленях, подойдет близко к лошадям. Тогда я в гневе скажу брахманке: «Возьми, возьми дитя!» А она, занятая домашними делами, не услышит моих слов. Тогда я вскочу и ударю ее ногой...». И тут, увлекшись этими мыслями, он так ударил ногой, что разбил горшок и стал белый от бывшей в горшке крупы.

Поэтому я и говорю: «Кто, думая о будущем...». Овладевший золотом сказал: «Это так. Ведь:

Несущий колесо спросил: «Как это?» Тот рассказал:

«Жил в одном городе царь по имени Чандра. Чтобы забавлять своего сына, он держал стаю обезьян. Постоянно питаясь разнообразными кушаньями, они стали упитанными. И еще было у его мальчика для забавы стадо баранов. Один из них из-за своей прожорливости днем и ночью проникал в кухню и поедал все, что видел. Тогда повара стали бить его палками и всем, что попадалось им на глаза. И вот, видя это, вожак стаи обезьян подумал: «Увы! Этот раздор между бараном и поварами принесет гибель обезьянам. Ведь баран этот падок на сладкое, а повара сильно гневаются и бьют его всем, что попадется под руку. И если как-нибудь, не найдя ничего другого, они ударят его головней, то покрытый шерстью баран загорится даже от небольшого огня. Загоревшийся, он проникнет в находящуюся поблизости конюшню и подожжет ее — ведь она полна соломы. Тогда лошади получат ожоги от огня. А в Шалихотре [489] говорится, что, когда лошади пострадают от ожогов, их лечат обезьяньим жиром. Поэтому, несомненно, нас ожидает смерть». Решив так, он созвал всех обезьян и сказал:

А также:

Поэтому оставим этот дом и уйдем в лес, пока всех нас не постигла гибель».

И услышав его речь, те со смехом ответили ему, опьяненные гордостью: «Эй! От старости у тебя ослабел рассудок, что ты так говоришь. Не станем мы бросать превосходные кушанья, подобные нектару, которыми кормят нас из рук царевичи, чтобы питаться там, в лесу, вяжущими, острыми, горькими и солеными плодами с деревьев». Слыша это, вожак стаи сказал с печалью во взоре: «Ах, вы дураки! Не видите вы исхода этого благополучия. Ведь лишь на первый взгляд сладко это благополучие, а на исходе оно будет, словно яд. Поэтому не стану я смотреть, как погибнут мои родичи, и теперь же уйду в лес. Сказано ведь:

И сказав так, вожак стаи оставил их всех и ушел в лес.

И когда он ушел, то баран проник однажды в кухню. Тогда повар, ничего не найдя, схватил полусожженную палку и стал бить его. Тут половина его тела воспламенилась от ударов, и с блеянием он проник в находившуюся поблизости конюшню и стал по ней метаться. Тогда из-за обилия соломы там повсюду поднялись языки пламени. У одних из привязанных в конюшне лошадей лопнули глаза, и они отошли в небытие; другие разгрызли привязь и, наполовину сожженные, перепугали весь народ своим ржанием. Между тем обеспокоенный царь призвал врачей, сведущих в Шалихотре, и сказал: «Назовите какое-нибудь средство вылечить этих лошадей от ожогов». А те, вспомнив науки, сказали: «Божественный! По этому поводу блаженный Шалихотра говорит:

Пусть же применят это целебное средство, чтобы они не погибли от болезни». И услышав это, он приказал убить обезьян. К чему много слов? Все были убиты. А вожак стаи не видел своими глазами, как погиб его роду но слух об этом дошел до него, и он не мог спокойно этого перенести. Сказано ведь:

И вот этот старый вожак [491] , мучимый жаждой, в своих скитаниях достиг где-то озера, украшенного густыми зарослями лотоса. И когда он посмотрел внимательно, то увидел там след, ведущий в озеро, но не нашел обратного следа. Тогда он подумал: «Несомненно, здесь в воде должен жить злой хищник. Поэтому я возьму стебель лотоса и стану пить воду издали». И когда это произошло, оттуда вылез ракшаса с шеей, украшенной жемчужным ожерельем, и сказал ему: «Эй! Я съедаю тех, кто проникает в эту воду. Нет никого хитрее тебя, раз ты пьешь воду таким способом. Поэтому я удовлетворен. Проси, чего желает твое сердце». Вожак сказал: «Эй! Сколько ты можешь съесть?» Он ответил: «Тех, кто проникает в воду, я съедаю сотнями, тысячами, десятками и даже сотнями тысяч. А на суше меня одолеет и шакал». Вожак сказал: «Между мной и владыкой — непримиримая вражда. Если ты дашь мне это жемчужное ожерелье, то я искусной речью пробужу в нем жадность и даже вместе со свитой заставлю его войти в озеро». И тогда ракшаса передал ему жемчужное ожерелье.